– А ты тот самый человек? – незнакомка тут же повернулась ко мне.
Мои пальцы непроизвольно впились в сиденье стула. Илира, заметив мою напряжённую позу, тут же подняла ладони в примиряющем жесте.
– Тише-тише, не пугай её пока, – затараторила Илира. – Аника у нас недавно и ещё не привыкла. Это моя племянница, Аэрис, помнишь, я тебе про неё рассказывала?
Розоволосая протянула руку для приветствия. Я не пошевелилась, лишь сильнее сжалась. Её улыбка была слишком широкой, нарисованной. Ни в мимике, ни в глазах не было и капли тепла – только холодное, сканирующее любопытство, как если бы я была редким экспонатом в её коллекции.
Илира же, словно ничего не замечая, принялась вытирать стол, с интересом наблюдая за этой сценой.
– Неужели ты и правда из мира людей? – Аэрис подошла ближе.
Не успела опомниться, как её пальцы скользнули по моим волосам. Я резко отшатнулась, задев плечом стену.
– Она не говорит? – обернулась та к Илире.
– Говорю. – выдавила я.
От радостной реакции Аэрис стало только хуже. Она бесцеремонно плюхнулась на стул рядом, нарушая все мыслимые границы личного пространства.
– И как же там, в мире людей?
Я прижалась к спинке, словно между нами можно было выстроить стену из воздуха.
– Лучше, чем здесь.
Аэрис всплеснула руками, будто я испортила ей праздник.
– Но я думала, что у вас там ужасно! Будь я человеком, то не смогла летать…
Её крылья вздрогнули, и каждое перо отозвалось мелкой дрожью.
– Пойду прогуляюсь. – поспешно произнесла я, вставая с места.
– Я с тобой! – радостно подхватила Аэрис, и её голос прозвучал настолько громко, что у меня свело челюсти.
– Идите, девочки, – откликнулась Илира. – А я пока испеку что-нибудь.
Я раздражённо вздохнула, с силой толкнула тяжелую дверь и вышла на улицу, щурясь от внезапного солнечного света. Ноги были всё ещё слабыми и немного одеревеневшими, но с каждым шагом в новом теле я чувствовала, как понемногу возвращается увереность.
Позади послышался лёгкий шорох и быстрые шаги. Аэрис, не теряя времени, последовала за мной, как тень.
– Это правда, что люди живут сто лет?
– Меньше. – коротко отозвалась я, надеясь, что её любопытство скоро угаснет.
– Так мало? – эфирка замерла на шаг. – Как же вы успеваете прожить всё за такой ничтожный клочок времени?
Я пожала плечами.
– Думала, раз вы создали людей, должны знать о нас базовые вещи, разве нет?
К любопытству теркенов, провожавших нас на улицах, я почти привыкла, но назойливое общество Аэрис было настоящим испытанием.
– Знаешь, как смотрят на ручей? – наконец сказала она. – Видят, что вода течёт, но не считают нужным подсчитывать каждую каплю. Ваша жизнь для большинства из нас – тоже самое. Быстрый и... недолговечный процесс… Но зато теперь ты бессмертна! Это ли не счастье?
Я резко остановилась, к горлу подкатил ком. В висках застучало, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки.
– Счастлива? – переспросила, чувствуя, как голос начинает срываться. – Насколько же я счастлива, что навсегда потеряла возможность вернуться домой! Что застряла в этом мире, где нет никого похожего на меня!
Аэрис растеряно заморгала.
– Прости…
Я прикусила губу, заставляя себя смотреть по сторонам, только бы не видеть её виноватого лица. Лесная Долина открывалась непарадной стороной: оборванная одежда, лица, запачканные сажей, пустые, потухшие взгляды. Даже дети несли на себе отпечаток измождения, выглядя старше своих лет.
Я хотела поскорее уйти, но моё внимание зацепилось за девочку, стоявшую поодаль. Кожа была натянута на кости так, будто её годами вываривали в голоде. Лицо в пятнах грязи, а в настороженных, цепких глазах было столько немой мольбы, что у меня замерло сердце.
Присев на корточки, я как можно мягче спросила:
– Чем могу тебе помочь?
В ответ девочка промолчала и сжалась в комок, боясь даже на секунду позволить себе надежду.