— Ты перестанешь быть собой.
Но выбор исчез, когда первый из охотников вырвался вперёд. Он сказал:
— Элиорин… ты снова здесь. Пришло время закончить жертвоприношение.
И активировал древнюю печать
Пламя не касалось её, но мир вокруг начал рушиться. Кайрон сражался, но двое отвлекали его, не давая защитить Элию. Лиан закрыл её собой.
— Слушай меня! — крикнул он. — Не бойся быть собой. Не силой! Сердцем!
И в этот момент Элия не призвала огонь. Она шагнула вперёд и коснулась печати…И она погасла.
— Что? — отпрянул охотник. — Ты изменила суть магии?
Кайрон воспользовался моментом — меч вонзился в грудь одного из охотников. Второй исчез в портале. Третий остался… и лишь сказал:
— Оракул идёт. А ты… слишком слаба, чтобы спрятаться.
Элия упала на колени. Сердце стучало, но внутри не было страха. Была решимость.
— Я не убегу. Если они охотятся за мной — значит, я важнее, чем думала.
Кайрон кивнул.
— Теперь мы должны идти к Северной Башне. Пока ты ещё можешь выбрать себя.
Отголоски первой смерти
Северная Башня возвышалась над долиной, израненной временем. Когда-то она была центром знаний, хранилищем древних пророчеств и судеб. Сейчас — лишь руины, в которых спят истины, способные разрушить всё.
— Здесь холодно… — Элия обняла себя за плечи.
— Это не от ветра, — ответил Лиан. — Это место помнит боль.
Внутри башни их ждали не ловушки, а память. Руны на стенах начали светиться при её прикосновении. Воздух задрожал, и мир вокруг исчез.
Всё замерло. Когда Элия открыла глаза — она была в прошлом.
Перед ней стояла… она сама. В золоте, в силе, с глазами без страха. Элиорин. За ней — толпы воинов. Перед ней — целый город в огне.
— Они отвергли нас. Принесли наши имена в жертву богам. За это — они получат смерть. — Голос Элиорин был спокоен. Жутко спокоен.
— Нет… — прошептала Элия. — Я не могла…
Словно в ответ, всё снова померкло. Элиорин стояла теперь в круге света. И клинок — тот самый, которым позже будет сражаться Кайрон — прошёл сквозь её сердце.
— Прости, — прошептал кто-то. Это был он. Кайрон из прошлого.
— Лучше смерть, чем стать чудовищем, — сказала Элиорин и исчезла.
Элия вскрикнула, вынырнув из видения. Лиан держал её.
— Что ты видела?
— Себя. Но не как образ… как проклятие.
Кайрон стоял молча, но в его глазах была боль.
— Я… убил тебя. Потому что ты попросила. Чтобы остановить то, во что ты превращалась.
Элия сжала кулаки.
— А теперь всё повторяется?
Кайрон посмотрел ей в глаза.
— Не если ты выберешь другой путь.
На стене вспыхнуло последнее пророчество. В нём:
"Тот, кто умрёт от руки любимого — вернётся. Но лишь тот, кто примет слабость — спасёт мир."
Лиан произнёс:
— Значит, ты уже умирала. Но ещё не рождалась заново.
Три дороги
Тьма отступила, оставив после себя древнюю лестницу, ведущую вглубь подземелий Башни. На стенах — три символа: меч, маска и сердце.
— Это испытание выбора, — сказал Кайрон. — Один путь ведёт к силе. Другой — к забвению. Третий… к истине, но за него всегда платят чувствами.
— И мне нужно выбрать? — спросила Элия.
Старые письмена на полу засияли:
"Лишь один войдёт. Остальные — забудут."
— Ты не обязана идти одна, — начал Лиан. — Я пройду с тобой.
— Нет, — перебил Кайрон. — Это её путь. И если она выберет маску — нас она может не вспомнить.
Элия смотрела на три пути. Меч звал её. Маска пугала. Сердце… дрожало.
— Я… не знаю. —
— А хочешь — я скажу, какой ты выберешь? — прошептал Лиан.
Элия посмотрела на него.
— Нет. Я хочу выбрать сама.
И она сделала шаг — к сердцу.
Мир вокруг вспыхнул.
Она очутилась в зеркальной комнате. В отражении — её настоящие страхи. Не сила, не боль, а одиночество. Потерять всех. Быть забытой.
Но вдруг из зеркал вышли тени — и одна из них была Лиан, другой — Кайрон, третий — она сама, но сломленная.
— Откажись от любви, и ты никогда не будешь уязвимой. — сказала тень-Кайрон.
— Откажись от себя — и все будут тебя любить. — сказала тень-Лиан.
— Или… прими всё — и страдай. — сказала тень-Элия.
Элия стиснула зубы. Сделала шаг вперёд — и прошептала:
— Пусть я сломаюсь. Пусть мне будет больно. Но… я выберу жить по-настоящему.
Свет разорвал отражения. Сердце на полу засветилось и растворилось в её груди.