Связи
В Рин-Алендор приходит очередная осень. Стучится украдкой, оставляет маячки в виде первых золотинок на березах. А потом мир внезапно облетает, теплые золотые сны темнеют, зажигаются огни Самайна.
Король Алендора не любит эти самые темные часы межсезонья, когда просыпаясь, ощущаешь, что перешел изо сна в сон, а явь словно обходит его чертоги стороной. Это время почти смертельно, давит на плечи, ловит на крючок тоски и… досады. Но эти моменты нужны ему. Нужна и осенняя печаль, с горчинкой палой листвы и засушенных трав. Печаль - чтобы с холодной головой вспомнить тех, кто решил пойти другим путем. Вспомнить - и отпустить. Печаль - чтобы свечой, зажженной на Самайн, осветить все прошлые нити обещаний, данные самому себе, и опалить ненужные. И пережить это одному. Печаль - чтобы лучше слышать самого себя. В который раз в одиночестве бродя по омертвевшему лесу, Его Величество бесстрашно смотрит в лицо белой стуже, которая подкрадывается к его владениям.
И вот она случается. В ледяном ветре, который забирается под меховой плащ. В очаге, который теперь горит постоянно. В днях, что укутаны в сумрак. В потаенном волшебстве Гвайн Идринн. Раньше король любил зиму. В полутьме, стоя у окна, он слышал в свисте метели, как к его покоям тихо крадется смерть. И сейчас зима каждый год уводит за собой его любовь. Он не думал, что с ним это произойдет. Что он полюбит женщину так сильно, что не сможет без нее жить. Его возлюбленная была как само Лето. С солнцем в волосах, с губами вкуса земляники, и с улыбкой, от которой кружилась голова. Каждый раз отпускает ее тяжело, как и очередное приветливое лето, которого ему не хватает, чтобы согреться перед холодом осени.
Как только за ней закрывается дверь, она словно растворяется в осенних дождях и туманах, оставляя его в догадках и сомнениях. Но она пишет Алверад. И король досадливо хмурится, в очередной раз видя в руках капитана стражи свиток, в котором угадывается почерк его эллет.
Колесо времени поворачивается, круг свершился - за зимой приходит весна. Время новых обещаний, которые никогда не будут выполнены. Теплый зеленый ветер отогревает сердце короля, вьюга в нем затихает, но оно все так же холодно, как февральская ночь. Но теперь на смену забвению приходит тягостное ожидание. Владыка никогда не признается в этом, но он боится того дня, когда снова должен увидеть свою любовь. Боится, что она не вернется. Боится, что она вернется другой. Боится, что постоянная разлука остудит сердце его возлюбленной, и он больше не увидит в ее глазах той искры, которая разжигала в нем пожар.
Но вот в одно солнечное утро король просыпается со странным чувством в груди. Бегло смотрит в календарь, отсчитывая дни. Ждать осталось совсем недолго. Совсем скоро - жаркое солнце и зной, и в его чертог вернется его Лето.
Перед сном король решает проверить, все ли готово в покоях его драгоценной эллет к ее возвращению. В раздумьях идя по извилистому, король вдруг останавливается и смотрит в сторону, туда, где еще один коридор скрыт темной тяжелой тканью. Уже несколько сотен лет туда не ходит ни он, ни прислуга. Повинуясь внезапному импульсу, владыка делает несколько шагов, отодвигает ткань и, набрав в легкие побольше воздуха, как перед прыжком в воду, открывает резные двери из темного дерева. В нос бьет запах… нет, даже не затхлости - запах безысходности. Короля передергивает. По старой памяти он наощупь находит и зажигает свечу. Пламя выхватывает из мрака знакомые фрагменты. Разобранная постель, будто ее обладательница вот-вот выйдет из купальни и заберется под пуховое одеяло. Засохшие цветы и гребень с янтарями на столе. Камин, покрытый слоем пыли, но с приготовленными дровами. Его Величество разжигает огонь, и света становится достаточно, чтобы оглядется. Каждая мелочь в этих покоях хранит в себе дух его королевы. Дух тревоги, безрассудства. Горя. Король медленно проходит по комнате, касаясь кончиками пальцев мебели, разбросанных вещей, словно пытаясь нащупать нити, которые за века превратились в канаты и теперь прочно связывают его с минувшим. Пальцы скользят по стене, и она напоминает королю о непримиримых, яростных спорах, после которых не было ни прощения, ни раскаяния. Подушки впитали в себя влагу злых слез. Зеркало хранит в себе лик, искаженный гневом, увидев который словно наяву, король отшатывается. И в груди, зашипев, рождается первая искра незнакомого ему чувства, которое мгновенно разрастается до размера катастрофы. Властитель бросается к шкафу, в котором все еще висят платья первой леди Алендора. Несколько мгновений - и пламя камина пожирает темную ткань. Один за другим король отправляет в огонь пергаменты со стола, даже не удосужившись ознакомиться с их содержимым. Горят цветы, рассыпаясь искрами, горит разум и сердце короля. С грохотом падает кресло, зеркало бьется, брызжет осколками. До скрипа стиснув зубы, король уничтожает, выкорчевывает из души сгнившие корни прошлого. Заметив движение в дверях, что остались открытыми, он оборачивается и замирает. Сердце пропускает удар, пальцы, судорожно сжатые в кулаки, разжимаются. Его душа, его любовь, его Лето стоит в дверях и молча смотрит на него округлившимися глазами.