Под его взглядом мне ничего не оставалось, кроме как украдкой вздохнуть и сделать первый шаг. Решиться на второй оказалось гораздо легче. Несмотря на то, что перила у лестницы если когда и были, то рассыпались в прах ещё в прошлом столетии.
Второй этаж выглядел не лучше, чем первый. Разве что лампочек там было аж две. А в остальном - длинный коридор, по обеим сторонам которого тянулись ряды совершенно одинаковых (и одинаково обшарпанных) дверей.
- Драсьте, тёть Клав! - гаркнул мой провожатый, распахивая ближайшую.
- Витька, ну я же просила стучать! - всплеснула руками бабулька глубоко пенсионного возраста. - А вдруг я не одна?
- Неужто кавалера завели на старость лет?
- Тьфу на тебя. Лучше бы сам девушку нашёл.
- А я нашёл. Вот! - мужик подтолкнул меня вперёд. - Только это к вам. Говорит, на работу пришла.
- Ой, хорошо-то как! А то я уже беспокоиться начала, что ты у нас тут заблудилась. Асенька, правильно?
- Лучше Настя, - улыбнулась я. Бабулька мне неожиданно понравилась. Статная, подтянутая, со сложной причёской из седых, но всё ещё густых волос. И макияж по полной программе.
Да и кабинет у неё был... тоже словно из прошлого века, как и всё вокруг. Но чистенький, уютный. На подоконнике кактус, на стене - вышитая картина, в углу - сейф, кокетливо накрытый вязаной салфеточкой.
- Тогда здравствуй, Настенька. Я, если позволишь, сразу к делу. Меня зовут Клавдия Михайловна. Можно тётя Клава. Контора у нас небольшая, государственная. Сидим тихо, спокойно, никого не трогаем, бумажки перебираем, на звонки отвечаем. Иногда съездить куда-нибудь надо. На почту там, либо за канцтоварами. Зарплата, честно говоря, небольшая. Но и работы немного. Я тебе всё покажу - справишься. Недельку со мной вместе поработаешь, а потом я в отпуск пойду. На дачу надо съездить, да и внучку проведать. А ты останешься. Лето на моём месте посидишь, а потом со свежими силами пойдёшь грызть свой гранит науки. Устроит?
- А что, вы меня вот так сразу берёте? То есть, я думала, собеседование и всякое такое...
- Да брось. Не так к нам много желающих ходит, чтоб собеседование проводить, да ещё и раздумывать. А я же вижу, ты девочка умненькая, аккуратная. Так что последнее слово за тобой.
- Тогда я согласна, - А что я ещё могла ответить? Ведь за этим и пришла.
- Ну и замечательно. Тогда садись чай пить, а я тебе пока всё показывать начну. Садись, садись. Пирожок хочешь? С капустой? Витька, а ты что застыл?
- Да вы так хорошо рассказываете, что я бы сам к вам на работу устроился. На лето. Пока отпуск. Возьмёте, а?
- Тебя? Да ни за что! Брысь отсюда, отпускник. И чтоб без отчёта не возвращался.
- Так я же его принёс! Вот! Всю ночь писал, - Витька выудил из кармана мятый листок, бережно расправил и торжественно положил на стол.
- А что такой короткий?
- Ну а чего... Пришли, ушли... Вроде как не сочинение пишу, а работу работаю.
- Ой, да чую я, как ты работаешь. Хоть бы укропчику пожевал. Или там мятный листик какой.
- Тёть Клав, да мы немножко. С друзьями. Отпуск же. А чуть свет - я уже у ваших ног. Жду и надеюсь.
- На что тебе надеяться, охламон? - рассмеялась Клавдия Михайловна.
- Как это на что? На пирожок. Вы же меня тоже угостите, правда?
* * *
Металлическая штукенция, занимавшая полстола, называлась коммутатор. Судя по внешнему виду, современным многоканальным телефонам он приходился как минимум прадедушкой. Когда раздавался противный дребезжащий звонок, нужно было водрузить на голову огромные наушники, щёлкнуть десятком тумблеров в определённом порядке, и только после этого нажать на кнопку. А потом, услышав, с кем хотят поговорить, набрать нужный код - и только тогда звонок пойдёт к адресату.
Первое время я чувствовала себя дореволюционной телефонисткой и постоянно путалась, несмотря на шпаргалку с порядком действий и нужными комбинациями. Клавдия Михайловна говорила, что поначалу тоже ошибалась. Но её начало, кажется, было лет пятьдесят назад. А мне-то приходилось справляться сейчас.
Поэтому когда на адской машине замигала красная лампочка, и по ушам долбануло раскатистым "Др-р-р-р-рынь!" я мысленно перекрестилась, глубоко вздохнула, и только после этого потянулась к аппаратуре.
- Слушаю.
- Доброе утро, Настюша. Соедини с мальчиками.
- И вам доброе утро, Николай Сергеевич. Одну секунду. - Так... вроде ничего не перепутала. - Семёныч, тебя начальство хочет.
- Что, прямо сейчас? Ладно, давай.
- Соединяю.
В наушниках раздался тихий щелчок, красная лампочка погасла и вместо неё загорелась зелёная. Связь идёт, канал стабильный, но всё остальное - не для моих ушей.