Алекс закурил. Это была противная работа. Гиен он ненавидел, почти все их ненавидели. Клан Лавроз приехал в их края не так давно, но сразу же получили плохую репутацию. В этой местности, настолько глушь, что здесь только местные правила, официальный закон существует лишь на бумаге. А лаврозы попытались приехать и всё менять под себя. Они вели себя очень непристойно. Но почему-то никогда не было команды поставить их на место, максимум несколько драк, когда какой-то оборотень не выдерживал. Алекс иногда мечтал их перебить и вот, будьте осторожны со своими желаниями.
Когда всё закончилось, очень символично пошёл дождь. Он смоет всю грязь, а завтра будет новое утро, которое обязательно станет лучше.
Алекс уставший зашёл в дом. За последнее время он сильно привязался к своей спутнице. Она сладко спала, но уже не в облике человека или вампира, а в облике интересного зверя, в котором сочетались черты волка, лисицы и шакала. Он раньше только однажды видел такого оборотня. Когда он подался в перекупщики, среди них была такая двуликая. Её звали Мара, она часто поддерживала его и давала советы по делу. У неё была очень хорошая, весёлая дочь с рыжими волосами. Иру он видел всего несколько раз. Все считали девочку погибшей. Он до последнего не верил, что встретил её, думал, что ошибался.
Глава 9
Иска проснулась с четырьмя лапками и длинным пушистым хвостом. Её попытки встать были очень нелепы, она упала с кровати. Лапы не хотели слушаться, идти не получалось от слова совсем. На кровати зашевелился Алекс. Спустя минуту, он посмотрел на неё, улыбаясь:
— Ничего, скоро привыкнешь, — его рука погладила её по густой оранжевой шерсти.
Иска попыталась встать, лапы не слушались, и она присела на пушистую попу.
— Уф, — волчонок удивлённо посмотрел на Алекса.
— Прости, милая, но тут уже тебе ничем не помогу. Твоя трансформация меня уж слишком вымотала.
Иска попыталась еще раз встать, но опять упала. С четвертой попытки, получилась. Осталась следующая задача — идти. Один шаг, второй — лапы заплутались и снова приземление. Потом она решила, что котиться бочком её куда веселее и безопаснее, а главное не упадёт. Алекс смеялся и любовался этой картиной.
Красная волчица подкатилась к кровати, села и кое-как запрыгнула на кровать. Алекс её немного подстраховал, почесал за ушком, девушка в ответ принялась облизывать его лицо.
— Всё хватит, залижешь до смерти, — смеясь, произнес мужчина.
Иска еще раз лизнула оборотня, потом она захотела что-то сказать. Но вместо слов у неё получалось лишь « уф» .Тогда она подумала, что хочет вернуться в человеческую ипостась. По её телу прошлась тёплая волна и через пару секунд вернулась в своё тело, совершенно обнажённая и на мужчине. Засмущавшись, она мигом залезла под одеяло.
— Ты сейчас очень милая, — прошептал ей на ушко волк, обнимая её через одеяло.
Девушка хотела начать возмущаться, что он её обнимает, а потом передумала, ведь, если бы не его поддержка, кто знает, чем всё могло бы закончиться.
— Благодарю, — она поцеловала его в щеку, — благодарю, что не бросил меня при трансформации.
Алекс улыбнулся, а Иска продолжила:
— Я помню, что всё болело, а потом мне снились кошмары. Мне снилось, что я убивала, было много крови, а я продолжала убивать и пить кровь. Вокруг было много трупов.
— Успокойся, это всего лишь сон и он закончился.
— Точно? Я не убийца?
— Ну… Зверя Рика ты убила. Он, кстати, с собой покончил после этого.
— Жуть. Не хочу об этом даже знать. Лучше скажи, какой у меня зверь? Лиса? — она с любопытством смотрела на Алекса, ожидая ответа.
— Нет, Ира, ты гуара, красный, горный волк.
— Откуда ты знаешь моё имя? Горный волк, прям как…— от удивления у нее округлились глаза.
— Прям как у твоей мамы, — продолжил за неё мужчина.
— Но откуда ты знаешь?
— Я узнал тебя, мы виделись раньше.
Иска попросила его рассказать всё, что он помнит. Она внимательно слушала о том, как он когда-то наблюдал, как она с ребятами пыталась пробраться в бар «Черви». Гуара так заслушалась, что даже не заметила, как сама обнимает волка.
— Ты была очень весёлым ребёнком. Я, как и все, считал тебя погибшей. Вампиризм очень изменил тебя, до неузнаваемости.