— Гроттерша, держись, — зашептала Гробыня на ухо Тани, — здесь куча драконболистов. И все на тебя смотрят. Они хотят видеть ту, что победила сборную Вечности. Не смей подвести их ожидания! Рядом с тобой сильнейший некромаг современности, мечта всех женщин, влюблённый в тебя до беспамятства!
— Ты думаешь, мне от всего этого легче? — простонала Таня, — на меня сотни смотреть будут… На драконбольном поле — ничего страшного, но на танцполе…
Закатив глаза, Склепова сунула ей в руки бокал шампанского.
— Залпом, Гроттерша. Залпом! Господи, что же я буду делать на вашей свадьбе… — выругалась телеведущая, — там не меньшая толпа соберется…
— Какая, к чертям, свадьба?! — яростно зашептала девушка, смотря на ухмыляющегося некромага…
— Я образно, — рявкнула Склепова, отнимая уже пустую емкость.
Зазвучала торжественная, несколько злая мелодия. Выругавшись, Гроттер взяла некромага под руку и позволила проводить себя в центр зала…
— Смотри на меня, Гроттер.
Следует отдать должное муштре Медузии и Склеповой — Таня не только двигалась идеально и отточено, но чувствовала музыку и даже получала от нее удовольствие. Она всецело положилась на Бейбарсова, позволила себе окончательно утонуть в черных очах некромага. Обычно она боялась этого — но сейчас только его глаза могли помочь ей сохранить рассудок.
Поворот… Еще поворот… Руки мужчины на ее талии, торжественный шаг, наклон…
«Растворись во мне», — слышит Таня — и повинуется.
Шаг, еще шаг, поворот. В черных очах отражается Тартар — но почему эта тьма так желанна? Вокруг лица, но до них нет дела, есть музыка. Значение имеет лишь один человек.
Бейбарсов приподнял ее над собой. Вновь поворот — все чинно и торжественно, но почему так много страсти?
Вперед, отбросить робость.
«Стань моей сутью». Кому принадлежат эти слова?.. Мысли путаются.
Движения давно выучены, нужно лишь повторить…
Вращение… Черный омут, черная бездна Тартара.
Прозвучали последние аккорды. Пара изящно поклонилась друг другу.
— Все, официальная часть закончена, — шепнул ей Глеб, — можешь отдыхать и общаться.
— Неужели, — ответила Гроттер.
Желающие танцевали, желающие разговаривали… Феи весело отплясывали с джиннами, музы напропалую кокетничали с гандхарвами. Кто-то вместо мячей перебрасывался бутылями…
Энтроациокуль пила на брудершафт с Таней и Маланьей. Все драконболисты забыли на сегодня все свои обиды и претензии; вечер принадлежал им.
С Таней, Глебом и Соловьем постоянно фотографировались. Фотографировались здесь вообще очень много…
Кто-то пытался вешаться на некромага, кто-то — умыкнуть Гроттер, но такие попытки Бейбарсов пресекал очень быстро… Ягун безостановочно комментировал, Катя мирно общалась с драконьими защитниками, Маша, красная как рак, вела беседу с высоким красивым драконболистом. Но кто получал от всего истинное удовлетворение — так это Склепова, носившаяся с блокнотом по всему залу…
Медузия и Поклеп сидели у стеночки с шведским столом, следили за порядком и поглощали коньяк.
— Справились, — с некоторым недоверием отметила госпожа Горгонова.
— Цирк.
Буравчатые глазки Поклепа внимательно следили за Бессмертником — тот не сводил ненавидящего взгляда с Гроттер.
— Интересно, какую свинью он подложит нам в этот раз.
— Я, кажется, догадываюсь…
— Бей-Барсов, — к паре подошел Пуппер, — Вы позволить пригласить Ваша спутница на танец?
— Позволить… — усмехнулся Глеб, и счастливый Пуппер увел протестующую Таню.
А почему он за нее решает?!
— Танька сегодня безумно красива, — сказала Катя, — помимо того, что она — главная достопримечательность этого вечера…
— Смотри за ней, Душикотиков, — хмыкнула Склепова, — уведут.
— От НЕГО? — хмыкнул Ягун, — на это только у Урга мозгов хватит…
Ну да. У Бейбарсова вполне достаточно сил на то, чтобы разнести в щепки все это здание — а потом испепелить остальных.
Следует отдать должное — танцевать Пуппер умел превосходно, в отличие от Тани, более всего мечтающей забиться куда-нибудь в угол.
— Вы красивый пара, — признался магфордец, — после тот матч мы все ожидать, что вы быть вместе.
— Твой русский стал хуже, — заметила Таня.
— Давно не разговаривал. Таниа, — Пуппер замялся, — я обещал молчать, и поэтому должен держать свой обещаний. Но сейчас я настоятельно рекомендовать тебе выпить крепкий алкоголь. Бессмертник приготовить эффектный сюрприз, но он может оказаться для тебя болезненный.
— Что? — переспросила Таня.
Разумеется, это же Бессмертник… Без «свиньи» никак.
— Выпей. И еще… Я поклясться Разрази Громус, что не скажу тебе ничего. Но дать тебе совет мне никто не запрещал. Как вернешься домой, Таниа… Не уходи с драконбольного поля. Ты должна тренироваться день и ночь!
— Ты пугаешь, Гурий, — пробормотала девушка.
Куда еще больше тренировок…
Кажется, нечто подобное магфордец ей уже говорил — несколько лет назад. Так, а когда это было… Она же помнит, не так ли?
— Ты навсегда остаться в моем сердце, — с трагическим пафосом ответил магфордец, — и я всегда стараться уберечь тебя от бед. Поэтому прошу! Тренируйся сутками, Таниа. Ты и Бей-Барсов. Вся ваша сборная.
Ощущение сплошного дежавю.
Танец закончился — и англичанин, грустно вздохнув, проводил ее обратно к некромагу…
Танцы. Игры. Смех.
Девушка впоследствии много раз с теплом вспоминала этот вечер — вернее, первую его часть. Танцующую цепочку драконболистов во главе с музами (чтобы «спрятаться», ей пришлось лезть под стол). Купание оборотней в фонтане. Стихийно возникающие соревнования — в воздухе витал дух здорового веселого соперничества.
К раздражению Тани, Бейбарсов практически не отходил, давая понять, что она — единственная причина, по которой он присутствует на этом сборище и даже никого не убил.
Время «сюрприза» подошло внезапно — когда основная масса драконболистов уже перебесилась и выплеснула адреналин, и мероприятие вновь стало возвращаться в «приличное, пафосное и торжественное» русло.
— Этот вечер — первый в истории, когда собралось такое количество знаменитых драконболистов. Но теперь, — объявил Бессмертник, — представим тех, без кого история драконбола попросту не была бы написана…
Полыхнула вспышка — и в центре зала начали материализовываться знакомые фигуры.
Геракл. Илья-Муромец. Минотавр. Гермес, барон Мюнхгаузен, Аргус, Дионис, Кентавропег, Фрол Слепой… А потом — игроки, вышедшие из сборной по причине пропуска мячей.
Таня покачнулась, и почти повисла в руках Бейбарсова. Она обнимала его за плечи, чтобы не упасть — хотя со стороны это выглядело как страстное, полное любви, объятие…
Рядом с ней стоял Леопольд Гроттер.
Комментарий к 12. Бал драконболистов, часть 1 Сложно в написании
====== 13. Бал драконболистов, часть 2 ======
— Папа, — тихо сказала Таня.
Бессмертник что-то говорил. Зал взорвался; все разговаривали, обсуждали… Живые игроки отдавали почести ушедшим — а они все так же смотрели друг на друга, отец и дочь. Иногда их освещали фотовспышки — Таню, вцепившуюся в некромага, точно в последнее спасение, и некогда десятого игрока сборной Вечности.
Заиграла музыка.
— Танцуй, Гроттер, — некромаг подвел ее к отцу, — у вас один лишь час.
— Драматично, — шепотом произнесла Медузия.
Поклеп кивнул. Единственный глаз Соловья… слезился.
— Даже меня пробивает, — нехотя пробормотала Склепова, и смахнула с щеки кислотную каплю.
— Жаль, что на этот момент своего посмертия я тебя еще не знаю, — признался Леопольд, — как дочь.
Судя по виду, он был ненамного младше Тани — а может, и ее возраста… Странно было видеть своего отца… так.