Постепенно народ вышел за пределы театра.
Бездыханного исполнителя главной роли на носилках занесли внутрь. Один из врачей ритмично нажимал ему на грудь, стараясь завести сердце, другой контролировал, чтобы пострадавший лежал с открытым ртом и не задохнулся.
Рутья и госпожа Суваскорпи вышли на улицу. Они молчали, но госпожа Суваскорпи так напряженно размышляла об увиденном, что ей стало казаться, будто она сходит с ума. Женщина искоса взглянула на безмятежное лицо спутника, и ей показалось, что в его чертах и вправду есть нечто божественное. Инспекторша взяла Рутью под руку, и они направились в сторону Торговой площади.
Госпожа Суваскорпи произнесла:
— Простите меня… Простите за упреки в том, что это вы ударили артиста молнией. Просто… все так совпало. Человек не в силах этого сделать. Я просто очень испугалась…
Дойдя до Торговой площади, они попрощались.
Уходя, Рутья сказал:
— Вы же завтра опять придете проверять документы, правда? Осталось еще столько непонятных бумаг…
Дома госпожа Суваскорпи подумала, что никто и никогда раньше так не просил ее о налоговой проверке, как этот владелец антикварного магазина. Она снова почувствовала, как щеки заливает краска. Да, господин Ронкайнен и вправду необыкновенный мужчина.
Вечером в новостях передали о случившемся в театре несчастье и сообщили, что пострадавший доставлен в больницу Хельсинкского университета и что он пришел в сознание. По словам врачей, ему понадобится несколько дней, чтобы окончательно оправиться. Пока в спектакле его заменит другой актер.
глава 13
На следующий день налоговый инспектор Суваскорпи прибыла в антикварный магазин, чтобы продолжить проверку.
Вчерашнее происшествие произвело на нее такое впечатление, что она не в состоянии была сосредоточиться и работать, как подобает государственному проверяющему. Инспекторша не могла отделаться от мысли, что проверяет документы не человека, а бога (что, собственно, хозяин магазина неоднократно и заявлял). Распространяется ли на бога земное налоговое законодательство? Этого она не знала и ни в одном из указов или распоряжений не вычитала.
Госпожа Суваскорпи тяжело вздохнула. Ее мысли текли в абсолютно невозможном направлении.
— Артист, в которого ударила молния… Я слышала в новостях, он пришел в себя, — сообщила инспекторша Рутье и добавила с упреком: — Мне кажется, что все-таки вы имеете к этому какое-то отношение.
Рутья не стал развивать тему, а напомнил инспекторше, что она обещала поспособствовать в перемене имени.
Госпожа Суваскорпи сложила документы в портфель и заявила Рутье, что они могут вместе отправиться в губернское правление, чтобы уладить этот вопрос.
— А по пути зайдем в отделение государственного реестра и запросим метрическое свидетельство…
— Хорошо… Ну а вы-то сами верите теперь, что я сын Бога грома? — спросил он по дороге в отделение государственного реестра.
Госпожа Суваскорпи ничего не ответила. И Рутья сделал вывод, что вчерашнее происшествие сделало свое дело. Во всяком случае, заставило ее задуматься о нем всерьез.
В здании губернского правления сын Бога грома и госпожа Суваркоспи подали прошение о перемене имени и фамилии и метрическое свидетельство нотариусу по фамилии Мялкюнен. Это был проворный мужчина чуть за тридцать, одетый в строгий серый костюм, какие носят чиновники во всем мире, с повязанным на шее аккуратным шерстяным галстуком. Он был высок ростом, худощав и, судя по всему, сам себе очень нравился.
«Возможно, у него даже есть чувство юмора», — подумал Рутья. Но было важно не то, как выглядел нотариус, а то, насколько он может быть полезен. Сначала надо решить вопрос с переменой имени и фамилии, а уж потом подумать, можно ли из него сделать своего ученика. Рутья считал, что в группу его учеников непременно следует привлечь парочку чиновников, которые хорошо разбираются в законодательстве и знают все подводные камни административных хитросплетений.
Иисус в свое время собрал себе учеников из рыбаков, однако Рутья считал, что ему нужны совсем другие люди. Тральщики сельди в Финском заливе наверняка неплохие ребята с крепкой верой. Но стоит только посмотреть, как они занимаются своим делом! Продают качественную, пригодную в пищу людям сельдь по бросовой цене зверофермам, занимающимся разведением никчемных норок! Вряд ли от таких можно ожидать большой помощи в обращении Финляндии да и всего мира в истинную старинную веру.