Сампса позвал проходящего мимо тролля и, взяв его на руки, попросил вытащить из брюк Рутьи ключи от машины и принести ему. В награду он обещал взять тролля в Хельсинки на ночную прогулку. Предложение было заманчивым и оправдывало риск кражи ключей у сына Бога грома.
— Действуй осторожно и старайся не греметь ключами, чтобы Рутья не проснулся, — напутствовал Сампса тролля.
Тот хитро усмехнулся и выскользнул из библиотеки. Через пару минут тролль вернулся, крутя связку ключей на лохматом пальце.
Вдвоем они отправились в Хельсинки.
Там они с троллем сначала решили объехать город.
Тролль с удивлением оглядывался по сторонам и спрашивал у Сампсы:
— А это что за дом? А тот? А сколько народу в нем живет? А какой там подвал? А можно ли из подвала по трубам канализации попасть прямо под землю? А где станция метро? А через станцию можно попасть в туннель? Нет? Это запрещено? А почему Сампса ничего не знает про рельсы и шпалы?
Сампса решил было показать троллю свой антикварный магазин, но потом вспомнил, что у него нет ключей. Тогда ему пришло в голову заехать поприветствовать госпожу Мойсандер. Было бы забавно показаться этой бабе в облике сына Бога грома. Интересно, что она скажет? И как ей понравится маленький волосатый тролль, крутящийся у ног хозяина, словно игрушечное привидение? Нет, Сампса не мог не заглянуть к госпоже Мойсандер!
Сампса припарковался у подъезда ее дома, вышел из машины и нажал на зуммер домофона. Ждать пришлось долго, но в конце концов ему открыли. Значит, госпожа Мойсандер дома. Сампса вошел в лифт, а тролль помчался наверх по ступенькам. На каждом этаже он ждал прибытия кабины лифта, затем мчался вперед и вскоре уже сидел на шестом этаже перед дверью госпожи Мойсандер.
Тролль нажал на кнопку звонка. Сонная госпожа Мойсандер открыла дверь. Тролль быстро шмыгнул в квартиру, следом вошел Сампса, облаченный в медвежью шкуру.
Испуг, который госпожа Мойсандер испытала, когда Рутья рассказал ей о своем божественном происхождении, был ничем по сравнению с ужасом, который она почувствовала, увидев на пороге ночных гостей. Женщина попыталась захлопнуть дверь, но было поздно — Сампса и тролль уже вошли.
Госпожа Мойсандер убежала в туалет и закрыла дверь на задвижку.
— Мы просто заехали поприветствовать тебя, — произнес Сампса голосом сына Бога грома.
Больше он не успел произнести ни звука. Госпожа Мойсандер выскочила из туалета и, схватив с вешалки первую попавшуюся куртку, выскочила за дверь и помчалась вниз по лестнице. Она даже не надела ботинок и босиком понеслась по улице в неизвестном направлении.
Сампса с троллем присели на диван в гостиной бывшей матери-одиночки и принялись раздумывать, что делать. Шутка не удалась, хозяйка сбежала из собственной квартиры. Как-то нехорошо и уж во всяком случае совсем не так, как предполагал Сампса.
Поняв, что больше им здесь делать нечего, они вышли из дома и сели в машину. Занималась заря. Ясное дело, боги не ездят по городу при свете дня. Живущие под землей тролли тоже не самые частые прохожие на столичных улицах.
А госпожа Мойсандер, не переводя дух, неслась по городу. На мгновение остановившись, она поняла, что стоит на углу улицы, от которой до ее дома километра полтора. Надо же, оказывается, она умеет бегать быстрее, чем трамвай. Ноги болели, ведь она не привыкла передвигаться по улицам босиком. Госпожа Мойсандер почувствовала, что сбила о брусчатку большой палец правой ноги, и нагнулась, с сожалением рассматривая его. Вот ведь досада, теперь не наденешь открытые босоножки!
Немного подумав, она решила, что надо бы пойти куда-нибудь переночевать. Домой нельзя, там ее ждут два чудовища. Босиком в гостиницу тоже как-то неудобно идти. Может, в полицию? Интересно, что там скажут, когда услышат, что у нее дома двое мужчин — один маленький, размером с собаку и лохматый, а другой огромный, под два метра ростом. Наверняка начнут допрашивать и задавать идиотские вопросы. Предложат снять куртку и повесить на вешалку… О, нет!
А что, если заявить в полиции, что ее изнасиловали? Сначала она обрадовалась, но, подумав, что после такого заявления ее точно потащат на медицинское обследование, расстроилась. Ведь дотошный гинеколог не найдет у бывшей матери-одиночки Мойсандер ни спермы, ни вообще следов недавнего сексуального контакта. Черт возьми! И почему она вчера не согласилась зайти в гости к знакомому, который так ее звал? Тогда-то она легко смогла бы сослаться на изнасилование!