– Привет, пап! – протягивает руку Костя.
Как не хочу, но пожимаю ее.
– Зачем пришли? – хмурю брови и прикусываю себя за язык. В отношении Кости глагол «пришли» звучит как издевательство. Но сын пропускает это мимо ушей.
– Мне задание задали. – бурчит Костя. – Не сделаю, два влепят.
– Какой п…р тебе двойку влепит?! – удивляюсь я. – Я его сразу…
– Артур!!! – округляет глаза мама, – Не смей ругаться при ребенке! Ты каким словам его учишь?
– Все нормально, ба! – одергивает ее малой, – я все это уже знаю, не переживай. И весь русский мат тоже.
Я мысленно присвистываю, не без одобрения, а мама явно в шоке:
– Откуда ты это знаешь, Костенька?! Кто тебя просветил? Садовник? Водитель? Учителя?
– Все, спокойно, ба! У нас мало времени, папа нас сейчас выгонит, если мы не начнем делать задание.
А малой мой сечет фишку! – ставлю плюсик мысленно сыну.
– Ну, и чего задали? – мне уже самому становится интересно.
– Нужно написать пять качеств своего отца, которые я бы тоже хотел перенять в будущем.
– Млять. И в чем проблема?!
– В том, что ребенок тебя вообще не знает! – рявкает мама. – Он ни одного не может назвать.
– Пусть придумает, – буркаю я.
– Нет уж, давай, потрудись ответить. И мы от тебя отвяжемся.
– Пять качеств? Да легко! – хмыкаю я. – Смелость. Умение зарабатывать большие бабки. Смекалка. Дальновидность. Работоспособность. Умение постоять за себя и других… Сила, напористость.
Костя задумывается, а потом сражает меня на повал:
– Пап, а правда все эти качества в тебе есть?
Я задумываюсь. То, какой я есть, и то, каким себя вижу – две большие разницы. Но мне пофиг.
– Есть. Запоминай и выбирай любые!
– Пап, я хочу доброту у тебя перенять. Доброта у тебя есть?
Мои брови ползут на лоб. Вот уж точно, добряком меня можно назвать в последнюю очередь.
– Вот уж чего у меня нет, Костя, так это доброты! – чеканю я каждое слово. – Доброта – это слабость. А я – сильный. Ясно?
– Ладно, Кость, оставим папу в покое, – поспешно встает мама, – пока чему еще «шибко умному» не научил.
Я наблюдаю за тем, как родительница толкает коляску к двери, и в голове у меня кое-что щелкает:
– Мам, подожди! У тебя остались мои детские фотографии? Там, где я совсем мелкий?
– А зачем тебе? – прищуривается мама.
– Хочу Костику показать, – выкручиваюсь я.
Ведь очень не хочется выставлять себя перед родителями полным идиотом и говорить им, что у меня уже предположительно второй внебрачный ребенок в теории намечается.
– Отличная идея! – улыбается мама. – Кость, посиди с папой, а я сбегаю за альбомами.
Я подхожу к коляске, качу ее обратно к дивану. Сажусь напротив сына. Внимательно его разглядываю. Костя и Кирин сын не похожи друг на друга. Впрочем, Костя и на меня особо-то не похож… Он – вылитая копия своей дурной мамаши. От меня лишь взял генетический сбой, и, если бы не эта его особенность, подтверждающая мое отцовство целиком и полностью, я бы засомневался в этом давно.
Кирин же сын похож на меня до ужаса. Но он здоров. Что за чертовщина?!
– Пап… – прерывает мои размышления Костя.
– А?
– Все-таки доброта у тебя есть, пап! – заявляет вдруг Костя. – И я ее у тебя перейму!
Глава 16
Артур Буйный
Всю ночь не мог уснуть. То и дело рассматривал свои старые черно-белые детские фотографии. Или я в глаза долблюсь, или ребенок Киры все же мой…
Такого сходства просто так быть не может! Напрягаю свою память на максимум, пытаюсь вспомнить все повадки малого. Он шел на обоих ногах, пока его не подхватила няня. Значит, с опорно-двигательной системой у него все в норме. Я видел обе ручки. Два глаза одинаково смотрели на меня. Вроде все у него на месте. Он не выглядел больным или недоразвитым… Но как это возможно?! Может, у ребенка под одеждой и обувью что-то не то? Например, как вариант пальцев не хватает, или наоборот лишние, возможно глухота, или ментальные проблемы… Черт, я слишком мало видел парнишку, чтобы делать выводы о его здоровье. Но внешне, я со снимков тридцатилетней давности, и сынок Киры – одно и тоже лицо.
В полвосьмого утра мне надоедает сношать собственный мозг. Сигарету запиваю кофе. Чертовски вредно, и желудок с легкими мне отомстят. Но сейчас я слишком взвинчен, чтобы потреблять здоровый образ жизни.
Хватаю стыренный вчера из альбома собственный снимок, опускаю в карман, и сажусь за руль гелика. Как раз за час доеду до города, к девяти должен быть у дома Киры. Наверняка она снова пойдет на прогулку с сыном, или еще куда. А вдруг она водит его в детский сад, или на какие-нибудь «развивашки» – тупое слово, но от Жирного слышал, что его жёнка детей туда таскает. Короче, наверняка, к девяти Кира куда-нибудь потащит ребенка, и я потребую с нее объяснений.