Вижу холодный, просто нереальный ужас в ее глазах.
Она испуганна настолько, словно, я не человек, а монстр из фильмов ужасов. Она уже не то что белая, а серая. И губы посинели. Это от моих поцелуев такие отметины?!
– Что случилось?! – рычу ей в лицо.
Нависаю над ней, пригвождаю собой к холодному стеклопакету.
– Не нравлюсь тебе?! Не хочешь меня?! А кого хочешь?! – ору на нее.
Я так зол! Я дико зол на нее. Я что не заслужил хотя бы маленького поощрения?! Я спас ее от насилия, привел в свой дом, оказал первую помощь. Уложил спать. И за это она продолжает считать меня монстром?!
– От… от-т-т-т…
Она реально слово не может выговорить. По губам расплывается еще большая синева.
– Да отпущу я тебя! – рявкаю, и не отпускаю. Наваливаюсь еще сильнее.
Я с ума схожу по ней. И чем больше она мне отказывает, тем сильнее мое желание.
– Кира!!! Отпусти ее, Буйный! Открой дверь!!! – а вот и верная подружайка подоспела. – Дверь открой, я сказала!!!
Ручка двери дергается, створка ходит ходуном.
Злость обдает мое лицо кровавым кипятком. Мне помешали. Как она посмела мне мешать?! А эта сволочь, как посмела мне отказать?! Я не контролирую себя. Реальный аффект словил. Это уже не я, а огромный сгусток злости.
Снова смотрю в ее застывшее маской ужаса лицо и… хочу разбить эту маску. Моя рука, точно в песне, превращается в кулак. Я замахиваюсь для удара. Кира понимает это. Крепко зажмуривается в ожидании боли. В последнюю секунду я меняю траекторию своего кулака. Я не могу причинить ей эту боль. И поэтому вся моя злость, вся моя агрессия обрушивается на ни в чем не повинный стеклопакет. Первый слой брызгает стеклом и моей кровью в разные стороны, стекло с грохотом летит вниз на подоконник и плитку, разбиваясь в стеклянную крошку.
– Открой, придурок! Я сейчас полицию вызову!!! – истерично орет Карина.
Кира ошалело смотрит на брызги стекла вокруг, на мой окровавленный кулак. Хорошо, что второй наружный слой стеклопакета остался цел, и осколки заполонили только мою кухню.
– Еще раз. Последний раз. Я. Предлагаю тебе. Стать моей! – отрывисто рычу, не обращая внимание на ранение. – Ты будешь моей?!
Вместо ответа, Кира едва заметно качает головой.
– Ну смотри! Еще раз. Ты попадешься на моем пути… – тяжело дышу я, оперившись на подоконник, – Я тебя вместо этого стекла уничтожу!
Глава 32
Кира
Все идет как по маслу. Карина улетела обратно в Москву, оставив мне полмиллиона в долг. И хотя брать эти деньги было не очень приятно, но бизнес сам себя не откроет, и даже на самую обычную кондитерскую нужны финансы и как оказалось, немаленькие.
Помещение отыскалось чуть ли не на следующий после ее отъезда день. Раньше на первом этаже этой шестиэтажки был магазин косметики и парфюмерии, но хозяева быстро прогорели, и помещение пустовало вот уже два месяца.
После произошедшего в пент-хаусе Буйного, я запретила себе об этом думать и переживать. Иначе сердце бы мое попросту не выдержало. И безмерно благодарна фее Каринушке, за то, что поддержала меня, иначе я даже не знаю, как бы сама выбралась из роскошного логова Буйного.
Карина помогла мне одеться, вызвала такси, вывела меня на улицу, трясущуюся после пережитого ужаса. Она отпаивала меня таблетками, что нашлись в моем клатче. Я же ничего не соображала, лишь боялась, что Буйный, который скрылся с моих глаз прорычав угрозу, вернется обратно, чтобы доделать свое грязное дело до конца. Но он не появился. И слава Богу!
Каринушка всеми силами отвлекала меня от ужаса. На следующий день, мы втроем с Арсюшей, отпустив няню ходили в парк аттракционов, где Карина взяла на себя функции матери для нас обоих, ведь я мало что соображала после нападения.
Карина не лезла в душу с расспросами, не пыталась меня жалеть. Она делала все возможное, чтобы помочь, и это возымело силу. Но у подруги свои дела в столице, своя личная жизнь, поэтому оставив мне круглую сумму в долг, подруга улетела в Москву, а я вся погрузилась в новый проект.
Краем уха я слышала, что Буйный тоже покинул Питер, и окончательно вздохнула спокойно.
На следующий день я уже стояла в опустевшем помещении с бригадой строителей и дизайнеров – раздавала им указания по поводу устройства новой кондитерской.
Зацепившись за это дело как за спасительный круг для своей психики, я каждую свободную минутку посвящала своему проекту. Сказать, что я вложила душу в маленькую кофейню-кондитерскую – это не сказать ничего.
Собственноручно, с прорабом выбирала краску, уютную темно-желто-оранжевую, для стен, чтобы создать атмосферу тепла и уюта, подбирала мелочи для интерьера, типа картин и рамочек. Присматривалась к плетенной мебели. А еще были куплены посуда, оборудование, витрины, раздача.