Иду за ней.
– Пойдем, попкорн готов.
На удивление не артачится. Идет. Как на смертную казнь, но идет!
– Устраивайся! – ставлю вазу с лакомством на середину кровати, беру с дивана подушки и пледы.
– Мы что, лежа будем смотреть? – краснеет Кира.
Блин, какая же она желанная для меня. Смущенная, сбитая с толку, недоверчивая.
– У меня уже со спиной проблемы, – вру я, – поэтому я точно буду лежать, а ты устраивайся, как хочешь.
Кира делает себе башню из подушек, садится полусидя-полулежа. Заворачивается в плед, как в кокон. Черт, плед явно лишним был. Я-то думал мы с ней под один нырнем, а она себе вон обособленный спальный мешок сделала.
Вожусь с плазмой, настраиваю фильм. Выключаю верхнее освещение. Теперь свет льется из боковых светильников, наполняя комнату тепло-желтым интимным сиянием.
Устраиваюсь рядом. Кира напрягается. Строю из подушек такую же башню, пристройку к ее, так сказать, устраиваю на них голову. Нас разделяет чаша с попкорном, но мы периодически ныряем туда. И наши пальцы иногда соприкасаются.
Не знаю, как Кира, а я жалею, что себе не взял плед, потому что от прикосновений возбуждаюсь так, что прикрыть некоторые особо выпирающие места на моем теле явно необходимо!
Глава 58
Артур Буйный
Несколько месяцев спустя
Веселая свадьба у Жирного, и невеста у него красивая. Очень рад за друга, соратника и помощника. Я сделал им хороший подарок – оплатил эту свадьбу, хотя оба не бедствуют. Просто… хотел, чтобы все было шикарно. Федька заслужил. А еще очень хотел порадовать Киру.
Кинул ей приличную сумму на карту, чтобы купила себе красивое платье и туфли
До этого, с мамой выбрались в ювелирный салон, где она помогла мне подобрать сюрприз для Киры: бриллиантовый гарнитур, ожерелье и браслет. Все очень дорогое, но для любимой мне ничего не жалко. А еще я в тайне надеялся на хоть какое-то потепление от нее, ведь за столько месяцев проживания под одной крышей, наши отношения не сблизились ни на шаг. Она все так же боится и шугается меня, как огня.
Я уже сто раз проклял себя за тот самый первый раз – не поведи я себя тогда как скотина, уже бы давно спал с ней в одной постели.
Кира долго отбивалась от украшений, но в итоге согласилась их надеть только на один вечер. Ну и ладно, может поносит и влюбится, ведь девушки падки на блестящие побрякушки!
Сейчас моя красавица стоит рядом с невестой. Они о чем-то переговариваются, перекрикивая громкую музыку. Кира улыбается, и за эту улыбку я готов отдать многое. Я пью в стороне. Рассматриваю ее ладную фигурку в длинном серебристом вечернем платье. Декольте отсутствует, но оно и понятно. У Киры шрам от операции, таким «украшением» не посверкаешь, но даже без декольте, у нее волнительно подчеркнута грудь, изгиб бедер, в разрезе мелькают стройные ножки на высоких шпильках. Она словно бы вторая невеста, и я был бы не против оказаться вторым женихом.
Видимо, почувствовав мой взгляд, Кира оборачивается. Наши глаза пересекаются. Она улыбается.
Та-ак, не понял.
Она что, со мной заигрывает?! Ну-ка, ну-ка! Отставляю бокал с виски в сторону. Прилично набрался уже. Нет, с виду не скажешь, что я пьян, все же самоконтроль не пропьешь, но внутри я уже достаточно осмелел, чтобы вывести наши отношения с Королевой на новый уровень.
– А теперь невеста будет бросать букет! Незамужние подруги! Становитесь в ряд! – обламывает мои наполеоновские планы ведущий.
Вижу, как Кира тут же удирает с линии огня, тогда как остальные подружки стаей бегут за добычей: за букетом то бишь. Не хочет замуж. Ну вот как это комментировать? Все хотят, а она – нет. Особенная такая!
Кира так сильно увлечена убеганием, что не замечает меня на своем пути. Врезается мне в грудь, а я не будь дураком раскрываю и заключаю ее в свои объятья.
Кира вздрагивает. Э, нет, я тебя так быстро не отпущу. И так уже, в Москву на эту свадьбу ехал с целью – остаться с Кирой наедине в номере отеля. Но Королева естественно затребовала отдельную комнату, и все мои пошлые намерения разрушились как карточный домик.
– Иди, лови букет!!! – требую я возмущенно.
– Ой, да бросьте! – отбивается от меня Кира, – Как будто меня кто-то замуж возьмет.
– Конечно, ведь ты же страшная, как атомная война! – ухмыляюсь я.
– Нет, я – красивая. – с достоинством произносит Королева и ушки ее розовеют.
Конечно красивая! У меня аж дух захватывает от нее и крышу сносит, и брюки сейчас кое-что продерет твердокаменное.