"Е
му назначили гроб со злодеями, но Он погребен у богатого" (Ис.53:9), вот то изречение, которое побудило Примуса утверждать, что Иисус был похоронен в склепе Иосифа. Кстати, только в Евангелии от Матфея (и именно в нем) указано, что Иосиф был "богатым человеком" (Мф.27:57). Следовательно, из фактов, указанных в Евангелиях, нельзя установить, где именно был погребен Иисус, и мы даже не можем отрицать того предположения, что Основатель, согласно иудейскому обычаю, был похоронен в "общей яме" - в неосвященном месте (Мишна.Санhедрин.6:5-6).
53. Барнаша.2
(14 нисана)
В
четверг с заходом солнца наступило 14 число месяца нисана. Ешуа после проповеди в Храме не отправился сразу же в селение Бет-Анйа, а пошел со своими тальмидами в нижнюю часть Й'рушалайима, к горе Циййон, в дом альманы Мирйам.
Дом Мирйам - такой же, как и большинство богатых домов столицы: наверху располагалась надстройка-алиййа556 с отдельным к ней входом-лестницей. Алиййа, устланная коврами и уставленная ложами-мишкабами557, служила для приема почетных гостей; она освещалась не только узкими оконцами в стене, но и большим прямоугольным окном наверху.
Вечером в алиййе зажгли светильники. Ешуа с тальмидами возлег, и все приступили к трапезе (Мф.26:20; Мк.14:17-18; Лк.22:14). Мара, по своему обыкновению, преломил льхэм558, роздал его тальмидам и сказал: "Д'на hу бисри (((((((( ((( ((((()"559 (Мф.26:26; Мк.14:22; Лк.22:19). Затем благословил чашу с хамрой560, отпил из чаши глоток и, пуская ее по кругу, сказал: "Д'на hу дами (((((( ((( ((((()561 (Мф.26:27-28; Мк.14:23-24; Лк.22:20).
Для каждого из своих тальмидов Ешуа нашел в этот вечер доброе слово.
П
о окончании трапезы Ешуа со своими тальмидами вышел - вероятно, через ворота hамм(йим (((((((( - Водяные) - за стены Й'рушалайима. Была ночь. Полнолуние. Вся группа миновала долину Й'hошапата и достигла сада Гат-Ш'мена (Мф.26:36; Мк.14:32; Ин.18:1), где Ешуа ожидали вооруженные люди алабарха (Мф.26:47; Мк.14:43; Лк.22:47): рабы, в серых туниках и с медными ошейниками, и стража Храма. Тогда все тальмиды бросили своего Учителя (Мф.26:56; Мк.14:50), а сам Он был арестован и отведен в дом Ханана (Ин.18:13). Бывший алабарх допросил Арестованного, а потом отправил Его в беткэле562, где Ешуа провел остаток ночи (Ин.18:24).
П
оутру коhэны связали Ешуа и отвели Его к бывшему дворцу царя hор'доса. Сейчас коhэны не были такими нарядными, каковыми они будут через несколько часов - в Храме, когда будут закладывать агнца563. Конечно, исраэлиты не вошли в жилище гоя - нельзя было оскверниться в день перед Пасхой (Ин.18:28), - они остались на каменном помосте, своей формой напоминающем габию (((((((( [га-биа] - чаша). Прокуратор сам вышел к ним на Габту564 (Ин.19:13): средних лет, в белой тунике (tunica), с выбритыми, как у всем романцев, висками, - Понтиус Пилатус воссел на беме (bAma - судейское место). Его руки были украшены браслетами, а на безымянном пальце правой руки блестел перстень с большой камеей из красного ясписа. Белая тога-претекста (toga praetexta - окаймленная тога) пристегивалась на плече наместника золотой брошью, в которую были вправлены драгоценные камни, искрившиеся на свету.
Пилатус поинтересовался у коhэнов, в чем они обвиняют Арестованного? Они ответили, что Ешуа развращает народ, запрещает платить трибутум Роме565 и называет себя царем Й'hуды (Лк.23:3). Прокуратор обратился к Арестованному: "Rex Judaeorum es?". Скриба, стоящий рядом, перевел566: Ант'h hу мальк( ди Й'hуда( (((((((((( ((( ((((((( ((((((((((()?" Ешуа ответил: "Ант милл(льт ((((((((( (((((()". - "Dixisti", - передал Пилатусу скриба, теряя в переводе смысловую тонкость ответа (Мф.27:11; Мк.15:2; Лк.23:3).
Тогда прокуратор велел Ешуа войти в преторий (Ин.18:33) и, допросив Его там, вынес приговор: "Damno capitis (приговариваю к смерти)". Затем приказал трубунусу (tribunus - трибун, то есть командир когорты) вывести Ешуа из претория и твердо распорядился: "Tribune, tolle in crucem hunc (Трибун, распни его на кресте)!" (Мф.27:26; Мк.15:15; Ин.19:16).
Т
рибунус вызвал из крепости Антония отряд во главе с кентурионом (centurio)567. И, когда кентурия пришла, солдаты вспомогательных войск (milites auxiliorum) в насмешку дали Ешуа "знаки царского достоинства": одели Его в пурпурную мантию568 монарха, возложили на голову венец, сплетенный из терна, и дали в руки трость вместо скипетра. Затем они ввели Ешуа в преторий и восклицали: "Ave, rex Judaeorum!"569 - и часть из них, становясь на колени, кланялась Ему, а другие - били Его тростью по голове (Мф.27:27-30; Мк.15:16-19; Ин.19:2-3; Orig.CC.II.34)570.
Вдоволь насмеявшись над Ешуа, кентурия отвела Его в крепость Антония. Распятию обычно предшествовало бичевание (Jos.BJ.II.14:9; V.11:1; VII.6:4; Titus Livius.XXXIII.36), и поэтому воины раздели Ешуа, привязали Его к столбу и били (Мф.27:26; Мк.15:15; Ин.19:1), применяя плети с прикрепленными на конце оловянными шариками или дроблеными костями животных, которые разрывали тело до костей (Eus.HE.IV.15:4). Чтобы жертва не скончалась раньше времени, число ударов обычно не превышало сорока (2 Кор.11:24; ср. Втор.25:3).
Б
ыло около полудня (Ин.19:14), и в гарнизоне пропела труба (Vegetius.Epitoma rei militaris.II.22). Тогда кентурия вместе с Осужденным отправилась к месту казни - на курган Гольгольта, до которого от крепости Антония было около 700 метров. Отряд шел, растянутый двумя цепями вдоль дороги, а между этими цепями, неся на себе перекладину креста (Ин.19:17), шел Ешуа, вновь облаченный в свои одежды. Замыкалась кентурия воинской цепью, а за нею следовали зеваки из евреев. Плотники же, оснащенные веревками, лопатами и топорами (Ibid.II.11), уже давно трудились на Гольгольте: они прибыли туда сразу же, как только узнали о приговоре Пилатуса.
Даже при дымчатом солнце хамсина оружие воинов сверкало. Каждый из них был одет в алую тунику, поверх которой блестел панцирь-лорика (lorica), изготовленный из кожи с нашитыми сверху медными пластинами. В правой руке у воинов находилось копье (hasta), а у бедра висел меч-гладий (gladius). Если бы это был настоящий военный поход, то в левой руке воины несли бы щит, на котором был нарисован отличительный знак-дигмат. Кентурион отличался от остальных воинов тем, что на его шлеме красовался посеребренный гребень (Ibid.II.14-18).
Ешуа вконец изнемог. Он упал и был не в силах дальше нести орудие своего умерщвления. Это произошло у стен города. Тогда кентурия встретила некоего Шим'она и принудила его нести перекладину (Мф.27:32; Мк.15:21; Лк.23:26).
Н
аконец, вся процессия пришла к месту казни. По еврейскому обычаю, Ешуа предложили выпить наркотического напитка, но Он, слегка пригубив, отказался пить этот дурман, предпочитая расстаться с жизнью в полном сознании (Мф.27:33-34; Мк.15:22-23). И тогда Ешуа раздели и пригвоздили к кресту, а воины разделили между собой Его одежду.
По романскому обычаю (Suet.Caligula.32; Eus.HE.V.1:44), над головою Ешуа прибили титулус с надписью:
К
оhэны отправились в Храм, чтобы принести ежедневную, а затем пасхальную жертву571. У самого ц'лаба Ешуа сидели воины и следили за порядком (Мф.27:36), а в некотором отдалении наблюдали за казнью верные галильские подруги Основателя (Мф.27:55-56; Мк.15:40-41; Лк.23:49,55; 24:10; Ин.19:25). Кроме этой небольшой группы женщин, Ешуа видел перед собою лишь проявление человеческой низости. В Его адрес раздавались оскорбительные насмешки: "Разрушающий Храм и в три дня созидающий, спаси себя самого!" - говорили одни. "Других спасал, а себя самого спасти не можешь!" - говорили иные (Мф.27:39-43; Мк.15:29-32).
Перед Ешуа предстала картина людской неблагодарности. В какую-то минуту Он подумал, что Отец Небесный оставил Его, и Казненного охватило отчаяние. Силы оставляли Его, и ждать помощи было неоткуда. И тогда Ешуа воскликнул: "Элоhи, Элоhи! льма ш'бактани (((((((((((( ((((( ((((((( ((((((()?" (Мк.15:34; ср. Мф.27:46; ЕФ.72).
Небо посерело. Хамсин сжигал землю, и все задыхались. Ржавое солнце дрожало, клонясь к западу. Случалось, в хамсин умирали звери и птицы, а сейчас умирал на ц'лабе Человек.