Рис знал, что это правда. В голове у него проносились видения мертвецов. Все это закончится только одним способом, и завершить его должен был Рис.
Рис медленно копался в аптечке, пока не нашел коннектор из набора для капельниц и не присоединил его к шприцу, который затем подсоединил к Y-образному порту капельницы.
"Последний шанс", - сказал Рис.
""Иди на хуй", - без особого энтузиазма ответил русский.
Он уже близко.
Рис слегка нажал на поршень, выпустив, как он надеялся, около 1 кубика капсаицина в капельницу и прямо в кровь русского.
Кровавый крик заполнил кабину, когда все болевые рецепторы в теле русского разом зажглись. Словно молния, ударившая в мозг, мышцы и органы, боль, превосходящая по силе два предыдущих воздействия капсаицина, грозила вскипятить русского изнутри. Из легких начала извергаться кишечная жидкость, а мозговые выделения попали в носовую полость и лабиринт внутреннего уха. Казалось, что его сердце вот-вот взорвется.
Доставка раствора через кровоток была самым болезненным способом, но и самым недолговечным. В зависимости от веса, комплекции и типа фигуры человек метаболизирует 1 куб. раствора примерно за тридцать секунд - минуту.
Рис продолжал медленно вводить сыворотку, чувствуя, что ее действие начинает ослабевать.
"Что? Я тебя не слышу", - сказал Рис, перекрывая крики. "Только ты можешь остановить это. Иван все равно что мертв. Просто скажи мне, зачем он тебя послал, и я прекращу твои мучения".
Чувствуя, что тело и мозг русского вот-вот окончательно сдадут, Рис дал ему передышку.
"Дмитрий, - сказал мужчина, приходя в себя от ощущения, что паяльная лампа обрабатывает каждую часть его тела и мозга. "Меня зовут Дмитрий Машков".
"Видишь, это было не так уж сложно. Продолжай говорить, или я продолжу вводить это дерьмо в твой организм".
"Пожалуйста, пожалуйста..."
"Все зависит от тебя. Помни, Иван Жарков отправил тебя сюда".
Русский попытался перевести дыхание. Он хотел умереть.
"Я был заключенным в колонии номер шесть в течение семи лет. Вы знаете это место?"
"Не могу сказать, что знакомо".
"Это самая старая тюрьма во всей России. Заключенных называют "маньяками" - подходящий термин, не правда ли? Террористы, растлители малолетних, серийные убийцы, даже каннибалы. Только пожизненное заключение. Никто не выходит на свободу".
"Никто, кроме тебя?"
"Да. Иван Жарков вытащил меня и вернул в "Братство". Продвинул меня. Пахан не ставил меня сюда. Это сделал тот, кто нас предал. Я говорю с тобой только для того, чтобы ты нашел того, кто предал эту миссию".
"Откуда ты знаешь, что кто-то предал ее?"
"Как вы, американцы, выражаетесь? Это не первый мой перегон скота? Ты избежал засады и теперь, спустя несколько часов, спрашиваешь меня об Иване Жаркове".
" Расскажи мне о нем."
"Он прошел путь наверх. Он был пехотинцем, как и я. В 1991 году Россия стала похожа на ваш ковбойский Запад, кажется, вы так говорите? Он увидел возможность и теперь является одним из самых влиятельных людей в России".
"Почему он хочет убить меня?"
Дмитрий заколебался.
"Зачем!" потребовал Рис, встряхивая шприц с капсаицином, подсоединенный к капельнице.
"Я думаю, это связано с американцем".
"Американцем?"
"Человек из ЦРУ перебежал в Россию и теперь работает на Жаркова".
"Какой человек из ЦРУ?" спросил Рис с новым интересом.
"Один из тех, кого я сопровождал из Аргентины в Россию. Он был старым советским кротом, причастным к убийству президента Зубарева".
Сукин сын, подумал Рис. Оливер Грей.
"И кто же, по-вашему, предал вас?" - спросил Рис.
"Тот, кого я давно должен был убить. Сын Ивана".
"Сына?"
"У него их много, но самый ценный для организации - Александр".
"Почему?"
"Он директор СВР".
"СВР имеет связи с мафией?" спросил Рис, делая вид, что он еще не владеет этой информацией.
"Это Россия. Здесь сильна триада "братва, разведка, политика"".
"Я хочу, чтобы ты хорошенько подумал над этим вопросом. Зачем Александру Жаркову звонить в ЦРУ, чтобы сдать вас за мгновение до нападения?"
Рис наблюдал, как в глазах его задержанного промелькнуло узнавание.
" Скажи мне."
"Говорят, что Александр болен".
"Он умирает?"
"Нет, болен, как бы это сказать, "сошел с ума"?"
"Я не понимаю".
"Александр, как я слышал, "не в себе". Он охотится на людей".
"Что? Где?"
"Он арендует у правительства остров на Дальнем Востоке. Остров Медный. Говорят, что он завозит людей из Африки, но это только как сказать? Догадываетесь? Но если Александр позвонил в ваше ЦРУ и предупредил о нападении, то я хочу, чтобы ты убил этого суку. Я знаю, что ты не оставишь меня в живых. В обмен на эту информацию я хочу, чтобы ты убил Александра Жаркова. Отправь его ко мне в загробный мир".
"Даю слово".
Рис предпочел бы пустить пулю в голову Дмитрию, но это оставило бы следы ДНК по всей комнате бывшего сенатора. Убирать и так будет непросто.
Нажав на поршень шприца, Рис ввел оставшиеся 30 кубиков раствора в вены Дмитрия, наполнив его организм передозировкой капсаицина. Правая сторона его мозга немедленно затрещала, а левую часть лица охватил паралич: кровь заполнила сетчатку и мозг, красная жидкость пыталась вырваться из умирающего хозяина через нос, рот и уши. Почти одновременно с этим его мочевой пузырь и кишечник исторгли из себя кровавые экскременты. Через несколько секунд его сердце заколотилось, и Дмитрий отправился в ад, чтобы дождаться Александра Жаркова.