Дело было так. Заканчивался июнь. Ира сдала сессию и уехала домой. Мне предстоял последний экзамен, сразу после которого я также собирался уехать в Екатериновку.
Я не спеша шел по улице, проветривая таким образом свои мозги после долгой и нудной зубрежки. Вдруг я услышал, что меня кто-то окликнул. Я повернул голову. У обочины стояли новенькие синие "Жигули". В машине находились две девчонки из нашей группы. Первую, которая сидела за рулем, звали Люда. Эта была стройная брюнетка с карими, жгучими, зацепистыми глазами, и тонкими, резкими чертами лица. Рядом с ней сидела ее подруга Света. Света также была привлекательна, имела хорошенькое пикантное личико, и носила короткую стрижку, которая ей очень шла. Они смотрели на меня сквозь модные заграничные солнцезащитные очки и приветливо улыбались. Я улыбнулся в ответ и подошел.
— Привет, — поздоровались они.
— Привет, — ответил я.
— Скучаешь?
— Да как сказать? Послезавтра последний экзамен. Так что скучать осталось недолго.
— А потом?
— Там видно будет, — уклончиво ответил я.
Наш роман с Ирой, конечно, не остался незамеченным в студенческой среде. Но я предпочел не афишировать свою предстоящую поездку к ней.
— Так может, присоединишься к нам? — спросила Света. — Мы едем к Людке на дачу.
— Зачем? — простодушно спросил я.
— Как зачем? Отдохнем, повеселимся. Что в такую жарищу в городе делать? Пыль глотать? А завтра вернемся.
Я в нерешительности замялся. Это предложение стало для меня полной неожиданностью. С одной стороны мне, действительно, было немного тоскливо. Но с другой, соглашаться на загородную поездку в компании двух девушек, пусть даже и знакомых, но все же не настолько близко, чтобы чувствовать себя с ними свободно, представлялось мне несколько стеснительным. Я стал лихорадочно искать причину, чтобы деликатно отказаться, но Люда решительно прервала мои размышления.
— Игорь, садись в машину. Не будь таким нелюдимым. Не бойся, мы тебя не съедим. Чистый загородный воздух полезен для здоровья. А перед экзаменом — особенно.
Ее голос был мягок и доброжелателен. Не знаю почему, но он заставил меня подчиниться, и я безропотно занял место на заднем сиденье. Мотор взревел.
Несколько слов о моих однокурсницах. Они представляли собой людей из особого круга. Их родители были обеспечены и достаточно влиятельны. Правда, сами Люда и Света об этом не распространялись, но в институте, тем не менее, знали, что отец Люды работал главным инженером машиностроительного завода, а отец Светы был каким-то городским чиновником. К дочерям столь респектабельных родителей у нас пытались клеиться многие. И, смею предположить, не только из личных симпатий. Корыстные побуждения, конечно, тоже имели место. Но девчонки близко к себе никого не подпускали. Нет, они не были высокомерны. Они вели себя просто и скромно. Но все же деликатно давали понять, что для видных невест женихи должны быть тоже видными.
То, что они пригласили с собой именно меня, конечно, не могло ни польстить моему самолюбию. Желающих оказаться на моем месте было предостаточно. Многие ребята с нашего курса, если бы находились в тот момент рядом, сжимали бы кулаки в бессильной злобе. Неужели, я и вправду понравился Люде и Свете? Выходит, не такая я уж серая посредственность, если на меня обратили внимание особы столь достойного социального уровня.
Так я думал тогда. Сейчас же в моей голове крутилось совершенно другое объяснение их внезапного интереса ко мне. А может, здесь все дело в тщеславии? Не в моем, конечно, а в их. Другие студенты к Люде и Свете клеились, а я нет. Вот их это и задело.
Тот вечер до сих пор отчетливо стоит перед моими глазами. Каким он был обнадеживающим! Он представлялся мне началом моего подъема. А в результате оказался всего лишь обычным, единичным жизненным эпизодом.
Дача Люды поразила меня своей роскошью. Таких шикарных дач мне видеть еще не приходилось. Это была даже не дача, а самый настоящий особняк: просторный двухэтажный дом из красного кирпича, окруженный высоким металлическим забором. Все, что здесь находилось, красноречиво свидетельствовало о достатке и обеспеченности. Сад был превосходный. В нем было абсолютно все, что только могло расти в нашей климатической полосе: и яблоки, и груши, и малина, и смородина, и клубника, и сливы, и еще многое другое, не говоря уже о таких банальных вещах, как картошка, огурцы и помидоры. Я восхищенно вертел головой по сторонам.