— Ну, за это можешь не беспокоиться, — улыбнулась мать. — Я буду смотреть в оба.
— Ты же не знаешь их системы. У тебя же нет никакого опыта.
— Опыт — дело наживное, — возразила мать. — А в этой, как ты говоришь, системе я разберусь быстро. Мне Валя поможет.
— Это твоя "хорошая женщина"?
— Да.
— Вот она же тебя и подставит.
— Да хватит тебе, Игорь! — воскликнула мать. — Почему ты с таким предубеждением относишься к людям? Ты же ее и в глаза не видел. Поверь мне, это очень хорошая и порядочная женщина.
— Порядочная! — вздохнул я. — Мам, ну я тебя прошу, не иди на эту работу.
— Да чего ты вдруг так разволновался? — удивилась мать.
Что я мог ей сказать? Правду, что я вернулся в прошлое из будущего? Она бы все равно не поверила. Решила бы, что я сошел с ума.
— Предчувствие у меня нехорошее, — уклончиво объяснил я. — Я недавно по телевизору передачу видел, "Человек и закон". Там рассказывали, что на таких базах есть аферисты, которые специально заманивают к себе неопытных людей, чтобы потом списать на них свое воровство, а самим остаться чистенькими. Вот поэтому я за тебя и боюсь.
Мать махнула рукой.
— Ты поменьше этих передач смотри. Их послушаешь, так вокруг — одни воры и мошенники. Успокойся, сынок. Меня никто не обманет. Я умею разбираться в людях.
"Ох, мама, мама! — думал я. — Вспомнишь ты этот разговор через четыре месяца".
Я снова принялся ее уговаривать остаться на прежней работе, или поискать себе что-нибудь другое. Но мать ничего и слушать не хотела. В конце концов она разозлилась и повысила голос.
— Что ты ко мне прицепился? Занимайся лучше учебой! А где мне работать, я уж как-нибудь сама разберусь.
В расстроенных чувствах я вышел из дома на улицу, и уселся на скамейку перед подъездом, предварительно смахнув с нее начавший уже таять снег. Дело было в конце февраля, с крыш уже вовсю капало, и в воздухе отчетливо ощущался запах наступающей весны. Обхватив голову руками, я стал мучительно соображать, что мне делать. Оставлять мать на этой базе было нельзя. Поджечь эту базу, что ли, чтобы от нее ничего не осталось? Я должен что-то придумать! Я должен найти какой-то выход!
"Что бы ты ни делал, что бы ты ни пытался предпринять, ты не сможешь изменить судьбу других людей. Кому суждено быть обманутым, тот будет обманут", — слова сына Святого Духа, как проклятие, снова зазвучали в моих ушах.
Не смогу изменить судьбу своей матери? Ну, это мы еще посмотрим!
— Привет! — раздался позади меня звонкий девичий голосок.
Я обернулся. Это была Ленка Котяхова с соседнего подъезда. Вот он, еще один источник моих прошлых несчастий. Она игриво смотрела на меня, и строила глазки. Все точь в точь, как и тогда. В прошлый раз я купился на ее чары. Но сейчас такому не бывать. Я слишком хорошо помнил, сколько бед принесла мне эта дружба.
— Вали отсюда! — прорычал я.
Ленка оторопела. Она явно не ожидала от меня такой агрессии.
— А чего это ты такой грубый? — игриво протянула она. — Тебе не нравится, что тобой интересуются девушки?
— Вали отсюда, девушка! — повторил я. — Поищи себе другого спонсора.
У Ленки расширились глаза.
— Спонсора? Какого спонсора?
Она явно не понимала значения этого слова. Я прикусил язык. Опять я забыл, в каком времени нахожусь. В семьдесят девятом году двадцатого века понятие "спонсор" еще не вошло в широкий обиход. Оно появилось гораздо позже.
— Благодетеля, — поправился я. — Давай, шагай отсюда, работай ножками.
Ленку явно обидела моя грубость.
— Благодетель! — фыркнула она и отошла, бросив напоследок. — Дырки на штанах зашей.
Я пропустил ее колкость мимо ушей и продолжил свои размышления. Чтобы спасти мать от неминуемой беды, мне оставалось только одно — найти для нее работу, ради которой она без раздумий бросит эту базу. Я стал прикидывать и размышлять, как это сделать? Может, стоит завтра обзвонить все предприятия и организации, которые имелись в нашем городе?
Но, неожиданно для самого себя, обозначенную проблему я решил в тот же вечер.
Полный озабоченности, я сидел на скамейке перед подъездом, как вдруг меня окликнули. Я обернулся. Это были мои приятели по двору.
— В футбол играть пойдешь?
Рассудив, что мне не помешает развеяться, я отправился вместе с ними. В зале спортивного манежа, где мы зимой обычно гоняли мяч, уже играли несколько взрослых мужиков. Мы их знали. Они жили в соседних домах, и приходили сюда довольно часто.
— Ну, что, устроим битву поколений? — предложил один из них. — Кто кого переиграет, опыт — молодость, или молодость — опыт?