– Эй, кто там называется Гартошем?
– Я здесь, Игар! – Гартош на мгновение высунулся из-за угла. Стрела тут же напомнила ему, что этого делать нельзя, рановато. Сперва нужно доказать что ты нормальный человек.
– Игар, скажи этим чересчур нервным ублюдкам, если они не перестанут стрелять, я и не будучи вурдалаком перегрызу им горло!
Игар что-то кивнул в темноту – за ярко горящими факелами темнота сгущалась особенно непроглядная, сколько там собралось народу непонятно, – и вновь обратился к Гартошу:
– Стрелять пока не будут. Выйди на свет один, покажись. Голос похож, глянем на тебя поближе.
Не без основания опасаясь за свою жизнь, вызываемый вышел из-за надежного укрытия. Немного постоял, привыкая к ярким факелам и ожидая свиста стрелы. Не дождавшись, медленно подошел к Игару.
– Ну вот он я, синьшел.
– Да вижу, что ты. Никак опять удалось остаться в живых?
– Не просто в живых, я опять не получил ни одной царапины!
– А вот насчет царапин мы сейчас и проверим. Положи оружие на землю и раздевайся.
Гартош безропотно сложил оружие и начал раздеваться. Из темноты вынырнули трое: один шустро подобрал оружие, двое других вместе с Игаром внимательно осмотрели подозреваемого. Дойдя до нижнего белья, он на миг остановился.
– Подштанники тоже снимать?
– Обязательно, – без тени улыбки ответил один из досмотрщиков, – от этой нечисти всякой подлости можно ожидать.
Было сыро и холодно и Гартош быстро продрог, он с трудом дождался конца осмотра.
– Чисто, – нехотя сообщил остальным старший досмотровой группы. Судя по всему, ему не терпелось прикончить лазутчика нечистого.
– Следующий! – крикнул он за угол.
Следующим вышел Тимор. Таже процедура неторопливого деловитого осмотра. Не избежал этого и Зигул. После всего этого Игар дружески обнял товарища по оружию.
– Ну, Гартош, везунчик ты каких мало! И зная тебя, я думаю, ты опять порядком попортил кровь нечисти.
– Попортил, то попортил, но… – Гартош замялся. – Обо всем, что случилось, мы расскажем в казарме, в присутствии графа Ретца.
– А Ретц уже отбыл.
– Как отбыл? Куда?
– В штаб гарнизона Галофа. Ему пришло какое-то магическое сообщение, после которого он дал команду убивать всех, кто будет появляться с той стороны. Сказал что весь отряд погиб или захвачен.
– Не сомневаюсь кто отправил это сообщение! – не скрывая ненависти, выдохнул Тимор.
Сомнений не оставалось и у остальных выживших – обделавшиеся пауки-призраки решили перестраховаться и добить тех, кто вдруг сумеет выбраться.
В казарме прием их ожидал более теплый и радостный. Около десятка раненых, отосланных из отряда после первых стычек и сумевших добраться до своих, прибытию боевых товарищей радовались особо, а услышав рассказ о том что произошло дальше, поверили безоговорочно. В адрес пауков-призраков посыпались обвинения и проклятия – те, кто бросает своих живых подчиненных на съедение нечисти, не заслуживает ни доверия, ни уважения. Теперь чтобы заслужить и то и другое, и восстановить свое доброе имя, им придется порядком потрудиться. О своих подозрениях, что это могли быть демоны правящих богов, Гартош благоразумно промолчал.
На несколько дней всех вышедших из нечистых территорий поместили на карантин в отдельное помещение, на всякий случай, мало ли каких гадостей могла придумать нечисть.
По прошествии недели Гартош вернулся в Виктанию.
По случаю возвращения из Ларфа в академии Гартошу дали отпуск, который как нельзя кстати продолжился каникулами. Навестив своих раненных товарищей и убедившись, что у Алькона, Вирона и Тереса дело идет на поправку, Гартош со спокойной совестью отправился в замок деда, лорда Руткера.
Случившееся с младшеньким являлось нерядовым событием, поэтому всех Осколов срочно вызвали для проведения семейного совета.
Гнивер и лорд Руткер прибыли из Тороны, где служили придворными магами – Руткер готовил себе замену из старшего внука, и не потому, что тот был его внуком, а потому что Гнивер существенно опережал своих сверстников, и несмотря на молодой возраст, считался одним из лучших магов империи. Дангал перенесся из штаба Восточной Армии. А Катана доставили из Греты-столицы одноименного герцогства, где он проходил государственную службу.
Гартош в очередной раз поведал о случившемся с ним в Ларфе. Из всех присутствующих лишь Катан ни разу не побывал в неспокойном королевстве, но он благоразумно помалкивал, боясь проявить свою некомпетентность. Рассказ о походе вызвал бурную реакцию со стороны лорда Дангала.