— Ты решил, как будешь выбираться отсюда?
— Попытаюсь проехать вдоль южного хребта. Если конечно старая дорога сохранилась по эту сторону границы, — ответил Джай и вопросительно посмотрел на владыку степи.
Это был один из слабых моментов его плана (а вернее, авантюры, в которую он собирался ввязаться). Старая дорога была одним из памятников старины. Она была построена то ли до, то ли сразу после великой войны и до сих пор неплохо сохранилась (по крайней мере, та ее часть, которая находилась в Империи).
— Дорога проходима. Но почему ты собрался ехать именно по ней? — поинтересовался хаган.
— В горах магический поиск затруднен. Я надеюсь выиграть немного времени…
Джай боялся, что правитель степи будет возражать против его плана. Но тот неожиданно согласился.
— Хорошо, аштари проведут тебя до перевала, — кивнул степняк, а потом потянулся к своему кинжалу и отстегнул от его ножен тоненькую цепочку с невзрачным коричневым камешком на конце, — отдашь это стражу южной границы. Он поможет тебе перебраться через Сейн Ашаль.
— Стражу южной границы?
— Спросишь у своего проводника, он приведет тебя к нему, — ответил степняк.
Джаю очень хотелось поинтересоваться, откуда у него мог взяться проводник, да еще и «свой», но он промолчал. Только с недоумением повертел в руках подарок хагана и подумал о том, что в последнее время у него накопилось слишком много безделушек. Сначала «подарок» королевы эльфов, теперь это. Если так пойдет и дальше, то скоро он будет увешан артефактами с головы до ног. А в том, что в странном коричневом камушке тоже заключалась магия, юноша не сомневался.
— Благодарю тебя, владыка, — произнес Джай, когда пауза начала затягиваться.
Они обменялись еще несколькими фразами, а потом правитель степи разрешил ему уйти.
Оказавшись за дверью, Джай подумал, что у них получился очень странный разговор. Сплошные паузы и недомолвки. И дело было вовсе не в том, что им нечего было обсудить. Просто по-другому не получалось. Слишком необычным человеком оказался хаган. Он говорил и делал совсем не то, что ожидал от него Джай. Мало того, правитель степи сразу же принял его решение, ни разу не возразив. Как если бы хаган разговорил с ним, как… с равным?
Эта мысль настолько удивила Джая, что это почувствовал даже Лар. Эльф вопросительно посмотрел на него, и молодой лорд ответил ему успокаивающим взглядом. Необходимое решение он уже принял. Теперь оставалось воплотить его в жизнь, а главное — самому остаться в живых.
Часть 4
Из Итиль Шер они уезжали тайком (насколько это было возможно). Поэтому пышных проводов им никто не устраивал. Были только Райн, помогавший эльфам с настройкой портала, и Триан, явившийся за своими аштари. Но Джай был этому даже рад. С хаганом они уже все обсудили, и с Лаваном он успел попрощаться. А остальным не обязательно было знать об их отъезде (не стоило забывать о враге, у которого даже в сердце Итиль Шер были глаза и уши).
Проводы растянулись из-за аштари. Нет, Джай и раньше не сомневался, что Лиам увяжется за ним. Степняк уже несколько раз намекал ему на это. Но юноша не ожидал, что Зим и Мааюн тоже захотят уехать из Итиль Шер. Переубедить этих упрямцев остаться, ему не удалось. Хорошо еще, что остальные оказались сговорчивее и согласились вернуться под командование Триана. Хуже всего дела обстояли с Сигом. Шаман залечил его рану, и воин чувствовал себя хорошо. Но рука ему плохо подчинялась. И до сих пор было не известно, сможет ли он пользоваться ей или нет. Сиг и сам понимал, что однорукий калека, не способный удержать меч, будет обузой для отряда, поэтому ни на чем не настаивал и ничего не просил. Но Джай не мог его бросить просто так.
Его успокоил Триан. Оказалось, что воинам-аштари, получившим ранение, в Итиль Шер не бросали на произвол судьбы. Их отправляли обучать воинскому искусству мальчишек, или подбирали другую работу. Так что за Сига можно было не переживать.