Джай содрогнулся от своей догадки. Потому что новый враг уже шел по их следу. Юноша никогда не видел этого врага, но он знал его имя. Вернее, их имена.
— Позови Хейта, — резко сказал он. Нельзя было терять ни минуты.
Лар мотнул головой, и Хор тут же сорвался с места.
Потом Джай протянул руку, и эльф помог ему подняться. Его шатало, и он с трудом держался на ногах.
— На нас натравили ванаанских псов, — сказал он.
Лар ответил ему непонимающим взглядом. Это название ничего не говорило ему. Он никогда не читал ванаанских легенд о проклятье, пришедшем из древних веков. И у него не было мудрого учителя, который рассказал бы ему, что эти сказки не имеют ничего общего с реальностью. Потому что на самом деле никакого проклятья не существовало. Только гений мстительного безумца, который, к сожалению, оказался еще и магом. Он жил очень давно, и история не сохранила его имени. Зато его творения оставили глубокий след в памяти людей.
Потому что о том, как погиб прекрасный и величественный город Лидий, помнили до сих пор. Такой кровавой резни не устраивал никто и никогда. Твари, созданные сумасшедшим магом, уничтожали все живое на своем пути, не разбирая, были ли это люди или животные. За один день погибли все жители Лидия, включая стариков и новорожденных младенцев. И их смерть была ужасной.
Когда произошли эти события, было неизвестно. Точная дата не сохранилась. Но, учитывая то, что у этого врага было имя даже на эльвандаре — времена были очень древние.
Ванаанских псов (как их называли в легенде) уничтожили совместными усилиями нескольких десятков магов через два дня после гибели города. К тому времени твари успели добраться до четырех поселков и небольшого городка, которым не посчастливилось располагаться слишком близко от несчастного Лидия. Наверное, если бы маги не остановили их, они так и продолжали бы убивать, пока не уничтожили бы все живое, до чего могли дотянуться.
Считалось, что ванаанских псов перебили всех до одного. Та же участь постигла и их создателя. Осталась только легенда, как напоминание о том, какой разрушительной может стать магия в руках безумца. Но теперь эта легенда ожила, и следовала за ними по пятам.
Джай не знал, как ему удалось определить, какой враг преследовал их на этот раз. Было ли это наследством мастера Риама, или чем-то другим. Но в том, что их догоняют именно ванаанские псы, он был убежден. Впрочем, у творений сумасшедшего мага было множество имен: «проклятье ночи», «творение зла»…
— Кэр Тавар, — коротко сказал Джай. И подумал о том, что эльфы не зря назвали этих тварей «рождающими слезы», потому что тех, кто вставал у них на пути, можно было только оплакать.
По тому, как вздрогнул и побледнел Лар, юноша понял, что это название знакомо эльфу. Впрочем, уже через мгновение оказалось, что его знает не только он. Как раз в этот момент к ним подошел Хейт, и он слышал последние слова Джая. Степняк почему-то сразу поверил ему и не стал задавать лишних вопросов.
— Как далеко? — коротко спросил рэм.
— Близко.
— Где?
— Идут с севера.
— Сколько?
— Много, — ответил Джай, сжимая зубы, потому что в глазах снова начинало темнеть.
Лар до боли сжал его плечо, и от этого ему стало немного легче.
— Пока они нас не видят, — продолжил молодой лорд, — но ваша защита слабеет.
— Сможешь держаться в седле? — только и спросил Хейт.
— Да, — выдохнул Джай.
Он не был уверен, что сказал правду. Но сейчас у него не оставалось выбора.
— Приведи их лошадей, — коротко приказал рэм, а потом развернулся и почти бегом направился к своему костру.
Через пару мгновений весь отряд был на ногах. Степняки седлали лошадей. Они ничего не брали с собой. Причем, это касалось не только так и не разобранных шатров, к которым так никто и не подошел, но даже личных вещей. Например, их соху (шкуры-одеяла) так и оставались лежать на земле, как и походные котелки, и многие другие мелочи, собирать которые, теперь не было времени. Несколько мгновений степняки потратили на то, чтобы затушить костры. Но не более того.
Джай как-то отрешенно отмечал эти детали. Он покорно позволил Лару оседлать свою лошадь. Тот тоже не стал складывать их вещи. Немного поколебавшись, эльф все-таки пристегнул к седлу футляр с подарком для хагана. Но это единственное, что он взял с собой, кроме оружия.