Должно быть, юноша слишком увлекся, рассматривая непонятного незнакомца, поэтому упустил момент, когда рэм чужого отряда, наконец, сделал свой выбор. И сделал он его не в пользу чужаков, незваными явившихся на его землю.
Потом Джай много раз прокручивал в голове произошедшие события, с каждым разом все больше убеждаясь, что ему снова просто немыслимо повезло. Что если бы во втором отряде было еще хотя бы пару стрелков и целься они чуть точнее, если бы он успел отдать приказ, и еще несколько таких «если бы» — то все сложилось бы совсем по-другому. Но все это было потом. А в тот момент, когда просвистела первая стрела, Джай растерялся. Ему повезло, что стрелок метил не в него, а в Натаэля, иначе это путешествие закончилось бы для него намного раньше, чем он рассчитывал. А так, юноша еще успел повернуться к проводнику, даже заметил недоумение, промелькнувшее в его глазах (когда Натаэль посмотрел на стрелу, которую поймал у самой груди).
Этого мгновения молодому лорду хватило, чтобы прийти в себя. Очень вовремя, потому что следующая стрела предназначалась уже ему. Джай разрубил ее в полете (не самый сложный трюк из тех, которым обучал его мастер Аран). Потому что остановить вторую стрелу, метившую в Хора, было намного сложнее. Он еще не полностью пришел в себя после знакомства с Сейн Ашаль, и пока не мог двигаться так быстро, как раньше. Юноша справился, хоть и с трудом.
Мимо просвистели еще несколько стрел. А потом отряд нападавших качнулся вперед. И Джай уже поднял руку с зажатым в ней гайном, подавая своим воинам универсальный для всех стран и народов знак «в атаку». Он даже успел подумать о том, как глупо все получилось. Когда выяснилось, что судьба в этот день приготовила ему еще один сюрприз.
Тот самый рыжий воин, на которого обратил внимание Джай, неожиданно вырвался вперед.
— Нет, Дайр, остановись, — закричал он кому-то позади себя, а потом соскочил с лошади.
Ему повезло, что остальные воины его отряда двинулись вперед не слишком решительно, иначе они просто затоптали бы его. Но степняки успели вовремя остановить лошадей. Впрочем, рыжий даже не заметил этого, он бежал вперед.
— Охотник, прошу тебя, не делай этого, — закричал он.
А Джай замер прямо на середине движения — с гайном в поднятой руке (он так и не отдал приказ к атаке). Потому что слова, которые только что произнес этот незнакомец смог понять, наверное, только он один. Или мир сошел с ума, и степняки стали разговаривать на ванаанском?
Рыжему хватило пары мгновений для того, чтобы преодолеть большую часть разделявшего их расстояния (бегал он действительно быстро). Ему оставалось пробежать еще шагов двадцать, когда его рука потянулась к рукояти клинка. Джай даже успел удивиться его поведению. Неужели, этот сумасшедший еще на что-то рассчитывал?
Краем глаза он заметил, как Лиам качнулся вперед. Но первым отреагировал Лар. Одним плавным движением эльф соскочил с лошади и тенью скользнул к незнакомцу (при желании, Лар мог двигаться очень быстро). А уже через мгновение его меч замер у горла чужака, почти касаясь загорелой кожи прямо над полоской шнурка.
— Не двигайся, — произнес Лар (эти слова на языке степняков он уже выучил).
Рыжий послушно замер. И его рука нарочито медленно опустилась на пояс, заканчивая начатое движение. Короткий щелчок — и перевязь с висящим на ней оружием оказались на земле. Причем, все это время незнакомец смотрел только на Джая. Казалось, что он вообще не замечает ни Лара, ни клинка, который касался его горла.
— Не трогай их, — произнес он, — тебе же нужен только я.
Джай, стараясь скрыть свое удивление, перевел взгляд на тех, кого его практически умоляли «не трогать». Их было два десятка воинов, готовых броситься в бой. Правда, они почему-то до сих пор оставались на месте. Но вряд ли это продлилось бы долго. И это их он должен был «не трогать»? Но рыжий по-своему истолковал его взгляд.
— Они не будут отнимать твое время, охотник, — сказал он, и в его голосе явно угадывались просительные нотки, а потом он громко прокричал, — Дайр, ты обещал, что не будешь вмешиваться.