— Кажется припоминаю, под конец застолья ты говорил, что всегда хотел скатиться с горной вершины и тебе не хватало только самой крутой леканки. — Произнёс Вольштагг.
— Ледянки?
— Да ледянки. — Кивнул Вольштагг.
— То есть я использовал смертельно опасный артефакт, в котором заключён один из сильнейших демонов девяти миров в качестве ледянки с подогревом? — Впав в прострацию спросил Пирс.
— Видимо да. Хоть ты и не похож на Одинсона, но в тебе точно есть кров Тора, только он на моей памяти мог вытворять по пьяни такие легендарные моменты, что их впору записывать в учебники истории, чтобы вдохновлять новое поколение асов! — Стукнув Раина по плечу произнёс Вольштаг, под дружные кивки Фандрала и Хогуна.
— И я этого не помню. — Разочарованно пробормотал Пирс.
— Ну за всё надо платить. — Высказал истину Хогун.
Хоть Раину скорее всего никогда не станет известна большая часть его поступков в выпавшее из памяти время, но девять миров и космос помнят случившееся и часть из этих событий сильно отразилась на дальнейшей судьбе важных для искривлённой временной линии людях, асах и полукровках.
Параллельно пробуждению Пирса, в ненавистной богу обмана камере произошли изменения. В ней стал приходить в себя Локи. С удивление медленно перерастающим в шок, а следом после возвращения всех ощущений от тела и ужас он подскочил с подогреваемого пола камеры и осмотрелся. Локи не помнил, что ему снилось, но почему-то он был полностью уверен в кошмарной природе своих сновидений.
Большинство из знакомых сына Лафея отдали бы многое за возможность лицезреть чистое недоумение и панику от стоящего без штанов брата Тора, который с каждой секундой наблюдения за смотрящими на него соседями по клетке, становился всё бледнее и бледнее.
На знаменитого трикстера с чистым детским любопытством смотрело три животных, удобно разместившихся на его кровати. Это был чёрный волчонок чем-то похожий на труп верного спутника Хелы, скрытый в секретном уровне хранилища дворца Одинсонов, белый змеёныш уже равны по размерам неплохому питону и семиногий конь.
— Мама? — От вопроса прозвучавшего из глотки жеребёнка взгляд полуйотуна сузился и он прилип к противоположной стене камеры.
Пожалуй дальнейшие события останутся лишь между Локи, его соседями по темнице и стражей прибежавшей на крики бывшего принца Асгарда.
В то время как не кровный претендент на трон Асгарда получал психологическую травму, в другой части девяти миров в тёмном, покинутым всеми живыми существами мире находилась истинная наследница Одина. Та, кто по праву первенства больше всего достойна трона девяти миров, и та кому этот трон кажется слишком незначительным, для подобной ей царицы.
Сейчас под контролем Хелы дочери Одина находился лишь один мир, Хельхейм. Это мир даровал ей свой имя и был местом, где она обладала почти безграничными возможностями, но как не иронично именно здесь она чувствовала себя слабее всего.
Недавно на другом конце планеты царица мёртвых ощутила, как кто-то новый и что самое главное живой ступил на эти земли. Эта новость не на шутку взволновала Хелу, ведь сколь сильной не была бы её воля, но асы никак не отличаются от людей в жажде общения. И для той кто почти две тысячи лет провёл в одиночестве, это был словно глоток свежего воздуха, в комнате, где уже нечем было дышать.
С шоком по пути к месту где находились новые пленники её отца, Хела ощутила повторение пространственных колебаний, после чего чувство жизни вновь покинула этот мир, а одного из сильнейших некромантов галактики затопила ярость вперемешку с отчаянием.
Добравшись до места где ещё недавно были её гости она нашла странный аппарат явно выполненный отсталой расой, несколько десятков двухметровых стопок прямоугольных хранилищ, древний генератор электричества и предмет вначале вызвавший в принцессе приступ безграничного гнева, который через секунду перерос в истинный шок и недоумение чем-то похожее на лицо другого члена асгардской семьи, только более позитивно-весёлое.
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха! — По всему Нифльхейму ещё полчаса раздавался на удивление почти не безумный смех Дочери Всеотца, которая с нескрываемым интересом рассматривала обнаруженный фаллоимитатор отлитый из метала уру на кузницах Нидавелира.
— Не знаю, что за безумие творится в девяти мирах пока меня нет, раз ценнейшие ресурсы тратится на подобные вещи, но клянусь, когда я выберусь я точно применю это… оружие по назначению к Одину. Посмотрим, в какую Вальгалу он отправится пав в «такой» битве.