— Есть. Яра Грейджой смогла отбить железные острова во имя дома Таргариенов. Так же новый принц Дорна обещает поддержку. — Озвучил благие вести бывший мастер над шептунами.
— Дорн неприступен и никому не удавалось его покорить своей силой, но отнюдь не из-за доблести его войск. Пустыня главный источник проблем для захватчиков этого королевства, сами же воины Дорна не столь сильны в прямой схватке с армиями других Королевств. — Отметил Давос Сиворт, не слишком радуясь поддержки железнорождённой почти не имеющей никакого флота и песчаных змей, которые неизвестно когда в последний раз за три сотни лет показывали за границами своего королевства и вступали в полномасштабные сражения.
— Значит нам нет особого смысла медлить. Дадим Дотракийцам отдохнуть пару дней и выдвинемся по королевскому тракту к Королевской гавани. — Произнёс Эйгон начиная распространять вокруг себя властность и неосязаемую угрозу. Всё сильнее постигая свои силы, Старк мог непроизвольно выпускать частички своей ауры наружу, тем самым заставляя всех ощущать подсознательную опаску и страх, как будто они находятся в одной комнате с опасным диким зверем.
— Напоследок перед недолгим расставанием, советую не подлетать на драконах к столице. Серсея смогла приблизить к себе довольно занимательно мейстера, который балуется некромантией и в свободное время мастерит разное техническое вооружение. Сейчас половина флота Кракена и скорее всего почти вся королевская гавань забита скорпионами, способными сбивать драконов не хуже копий Короля ночи. — Открывая перед собой портал произнёс смотрящий на Дейнерис Бранд. — Точно чуть не забыл. — Остановившись на пол пути обернулся к окружающим Одинсон.
— Так какого твоё решение юный Старк и как я понимаю будущий хранитель севера? — Перевёл взгляд на подростка в коляске Пирс, не обращая внимание на вспыхнувшее в глазах Сансы недовольстве, быстро сменившееся волнением от ответа брата, которому она желе скорейшего исцеления, даже понимая, что так она потеряет единственную возможность на получения контроля над землями своего дома и вновь вернётся к роли важного, но по большей части нужно лишь для заключения союзов, члена семьи.
— Я хочу вернуть возможность ходить. — Ответил Бран, мимолётно переведя взгляд на Эйгона.
— Я рад это слышать. — Улыбнулся Раин.
После ответа Старка, Пирс подошёл вплотную к юному волку и прислонив ладонь к его телу начал создавать внутри на месте травмы своеобразную заплатку из энергии, которая будет питаться силами варга и позволит физической оболочке второго и последнего для этого мира Трёхглазого ворона, нормально функционировать.
— Чувствуешь? — Задал вопрос Пирс, смотря за действием своего детища, ища ошибки или недочёты.
— Да, и это очень странно. — Задумавшись произнёс подросток, попытавшись войти в состояние варга и как будто оказавшись запертым в своём теле, но вскоре неприятное чувство было вытеснено ощущением возвращающихся чувств в конечности и поскольку Раин незаметно использовал на подростке исцеление, тот уже через несколько минут смог при поддержке Джона встать на ноги, чем вызвал искренние улыбки у всей своей семьи и вновь взволнованные взгляды от окружающих, увидевших новое чудо в исполнении полубога.
Единственный кто не выказал никакой реакции, а внутри даже желал оказаться подальше от этого места был Варис, всё ещё помнящий свой опыт знакомство с колдунами и даже после победы и сохранения большей части войска благодаря помощи Одинсона, не желающий сближаться или хоть как-то разговаривать с владельцем данных сил. Мастер над шептунами сам понимал всю глупость своих действий и важность установления контактов с таким созданием, но порой даже самые искусные из людей подвержены глупым и даже иррациональным всплескам чувств и давним обидам.
— Как и было обещано, силы варга взамен на возможность вновь стоять на своих двоих. — После чего уже готовясь отключить истинный взор Пирс мимолётно взглянул на окружающих и с удивлением застыл на месте, а через несколько секунд его губы расплылись в хитрой усмешке. — Кстати, поздравляю с пополнением в семье…обеих. — Бросил напоследок перед закрытием портала Бранд, переводя взгляд от живота Дейнерис до юной безликой, обнимающей своего брата и недоумённо поймавшей его взор, плавно опустивший на уровень её талии.
В тоже время пока в зале собраний начался шквал поздравлений и шока у будущих матерей и одного из отцов потомства, в одинокой таверне, давно уже опустевшей после пьянки и оплаченной карликом для выпивания в гордом одиночестве, возник новый силуэт.