Парень распрощался с ведьмой. По-быстрому сбегав в ближайший ларёк, он купил колу и энергетический батончик. Юноша уже сел в машину и закрывал дверь, как вдруг её заблокировала изящная рука с французским маникюром и небывалой силой.
Симона Вивьен обратилась к нему на английском.
- Слушай... насчёт того, что ты мне вчера рассказал. - Она как-то странно улыбнулась. - В твоей жизни будет ещё много чего необъяснимого. Поэтому следует запомнить: необычных окружает необычное. - Повисла неловкая пауза. И всё же веритка сказала: - Ну, хорошо. Я своё сказала. Пока.
И растворилась в воздухе. Но люди вокруг, казалось, ничего не заметили.
Найт хмыкнул и таки закрыл дверь. Такси тронулось. И повезло его в его новый дом. Смотря на мелькающий пейзаж, парень думал, как же всё-таки права Симона.
"...Отдельную тему представляет собою мой друг - Стас. Оказывается, в моей судьбе он принимал самое живое участие. Как и я - в его.
Он до сих пор отказывается рассказывать мне все детали его похождений. Но к счастью есть и другие источники. Он, конечно, мне друг и всё такое, и всё же любопытство один из главнейших пороков ведьмаков. Друг имел возможность убедиться в это на собственном опыте..."
ДВОР
Слуга с неодобрением во взгляде смотрел на молодого господина. Тот спокойно дремал на бордюре, облокотившись спиной на садовою колону. Во дворце король уже полчаса рвал и метал, а молодой человек об этом даже не догадывался. Отношения между господами и слугами в этом замке были, как говорят, панибратскими. Поэтому мужчина, недолго думая, поднял с пола лейку и стал медленно опускать горлышко над принцем.
Прозрачный тонкий водопад полился на грудь парню. И медленно переместился на лицо. Сначала Стас только морщился и будто пытался отмахнуться. Но когда он немного приоткрыл глаза, и вода попала в них, он мигом проснулся, и каким-то образом оказался на вершине арки, которую создавали колонны.
- Ты чё, совсем?! - Голос был по-мужски громким, и всё же прозвучал немного истерично.
- У тебя есть минута, чтобы подняться в приёмную. В противном случае твой отец кого-то убьет. А потом мы убьём тебя.
Сказав это, слуга гордо удалился.
Стас с ошарашенным выражением лица спустился наземь. Глубоко вздохнув, он оглянулся. Подойдя к искусственному озеру и умывшись, парень повернулся к замку лицом и скривился. Меньше всего ему хотелось идти туда. Но насколько он знал Родина (как звали слугу), тот всегда держал обещания. И вот, преисполненный оптимизма, принц направился к своему дому.
В отличии от Башни На Утёсе, летняя резиденция королевской семьи веритов была относительно новой. Дворец из белого камня с желтыми прожилками своими размерами сильно уступал многим другим строениям королевского масштаба на Маргите. Однако, обстановка в нём была роскошней, чем в любом другом. Помимо этого, особое очарование ему придавал розовый куст, что за долгие века разросся настолько, что овивал собой каждый уголок здания. Красная роза на тёмно-зелёном стебле являлась символом королевства веритов. Седьмой этаж отводился под господские покои. Там роза цвела гуще всего.
Приемная короля Владимира находилась на пятом этаже. В трех окнах приёмных виднелись силуэты. Люди ходили туда-сюда. Сложно было вычислить, кто из тех мужчин, что время от времени показывались, его отец. Большинство веритов-мужчин имели похожую комплекцию. Стас отметил, что, по крайней мере, там никто не бесновался. Это вселяло надежду.
Ведьмак вошел во дворец и по белой мраморной лестнице поднялся на нужный ему этаж. Так называемая ведьмацкая "суперскорость" была лучшим другом, когда дело касалось подъёма, и не было лифта. Резная ореховая дверь была почти десять метров в высоту. Местами позолоченная она радовала глаз. Принц постучал и отошёл. Спустя несколько минут одна створка двери медленно открылась. Посмотрев по сторонам, он вздохнул и вошёл.
Первое, что бросалось в глаза, это кресла и кушетки эпохи Людовика XIV, обтянутые красным атласом. Золотые канделябры с амурами стояли в каждом углу комнаты, естественном или искусственном. С потолка свисала люстра, очень походившая на ту, что свисала с потолка Гранд Оперы в Париже. Вычурный стол той же эпохи короля Солнце находился прямо напротив входа. На окнах и с обеих сторон стола висели тяжелые бордовые портьеры, опускаясь от расписанного потолка и до блестящего паркета. За теми, что у стола, как знал Стас, скрывались двери, одна из которых вела в тронный бальный зал, а другая - в королевские покои.