Когда спор разрешится и лис, высокомерно развернулись, уехал, юный чародей уже немного пришел в себя. Если, конечно, так можно назвать переход от состояния истерии до уверенности в собственной шизофрении. Двинувшись по направлению к входу в ТЦ с так и не расшифрованным названием (собственно, название юноша перевел, просто как-то с трудом верилось, что торговый центр мог называться "Бугага"), он стал представлять свою вменяемость в виде диаграммной таблицы с постоянно скачущим уровнем уверенности в обратном. Стоило ему зайти внутрь, как на него резко обрушился звон работы кассовых аппаратов и переплетения десятка различных языков, причем ни один из них не был человеческим.
Подойдя к молоденькой гномке, что улыбалась всем из-за стойки администратора, он осторожно поинтересовался у неё, где находится. Вопреки ожиданиям Ночного, вопрос впечатления не произвел, и гномка заученными фразами ответила. Как оказалось, Макс попал в межмирье, по-научному - астероид, носивший весьма интересное название - Панацея. Кирис, если верить надписи на бейдже, объяснила ему, что сюда попадают волшебные существа, находящиеся в расстроенный чувствах. А что может поднять настроение лучше, чем шопинг? И именно для этой цели здесь находиться "наш замечательный "Бугага"!" (Кто бы мог подумать, что он действительно так называется). А как отсюда выбраться? Да просто перенестись обратно. Это межмирье, а не другой мир. Здесь все проще.
Поблагодарив девушку, парень поступил так, как она и сказала. И только подумал, что, возможно, следовало бы сначала вернуться на то самое место, где он появился. А сейчас, зависнувна мгновение над Великим, и нужно заметить глубоким, Каньоном, виноватым можно было признать только себя.
Мгновение прошло - падение началось.
Макс никогда не понимал, почему в фильмах люди падая, кричат. Теперь ему стало ясно. Да потому, что страшно до усрачки! И в лучших традициях кино героев парень орал. Не перестал даже тогда, когда толи из-за страха, толи из-за скорости падения пред глазами начало мельтешить и темнеть. И за несколько метров до дна мозг отключился.
В следующую минуту, хотя прошло немного больше времени, молодой человек обнаружил себя летящим над дном каньона. Не замершим, а именно продвигающимся. Вперёд по каньону. Солнце было точно за его спиной, поэтому он в деталях мог рассмотреть свою тень. Вот только свою ли? Тёмное пятно под ним показывало силуэт мужчины с крыльями за спиной, которые делали мерные взмахи. Макс знал, что рано или поздно у него появятся крылья, как и у его матерей. Вот только он и подумать не мог, что они будут такими огромными. Раза в два больше, чем у Алиссы или Даяны.
Ведьмак попытался поменять направление движения. С горем пополам, но ему это удалось. Крылья оказались ужасно тяжелыми. Поднявшись вверх, он понял, что перед ним стоит ещё одна невыполнимая задача - приземлиться. Вначале он пробовал и вовсе не махать, но земля настигала его слишком стремительно. Взмахнув же посильнее, он резко поднялся вверх. Покружив вокруг одного места, ему в голову пришла замечательная идея. Расправив крылья, он попытался спикировать и у него получилось. Вот только, как приземлиться на ноги он не придумал, а на голову как-то не хотелось. То, что он делал в воздухе дальше описать довольно сложно, поэтому скажем только, что приземлился сей летун на колени, по инерции ещё и проехавшись на них.
Спортивным штанам пришёл один большой и нескромный конец. Ну, или они превратились в шорты. В общем, две рваные окровавленные дыры на уровне коленей модности им не добавили. Там же, где кровь попала на землю, двумя дорожками тянулась жидкая поросль молодой сочной травы с парой крохотных голубоватых цветов. Говоря об этом, есть у ведьминской крови такая особенность: даже в самой неблагодарной почве она может создать жизнь. И чем её больше, тем прекрасней получается: капля - травинка, пять - и уже цветок. Причём у каждого свой особенный. У Максимилиана, например, незабудки. Только пока он этого всего не знает.
Поднявшись, Ночной отряхнул штаны, не замечая нанесенного ущерба. Он обернулся, чтобы, наконец, увидеть их, свои собственные крылья. Как и у всех кале, они были чёрного цвета, но все равно другие. Почему-то парень сильно сомневался, что у других ему подобных самые кончики перьинок серебрятся, от чего на свету кажутся глянцевыми. Это же касалось и шерсти на его хвосте, и волос, когда-то русых, но со временем потемневших до черноты.