Еще в ходе подготовки к походу Лексей дал приказ о формировании специальных отрядов для десантных операций, они вводились в штатный состав флота на каждой базе и могли привлекаться морским командованием наравне с экипажами кораблей. Прежде приходилось при нужде в пехотных подразделениях обращаться к сухопутному начальству, а оно решало кого им дать и сколько. Зачастую они подходили лишь для простых команд типа - бери ружье и иди в атаку, - да и море не все переносили, к тому же напрямую не подчинялись флотским командирам. У Лексея давно сложилось убеждение в необходимости собственного десанта на постоянной основе, а не только для разовых операций, но как-то не доходило до ее практической реализации на высшем уровне. Теперь же, пользуясь нуждой брата-государя в заморской экспедиции, среди прочих мер провел с его согласия и это нововведение. Позже специально назначенные командиры и помощники-инструктора отобрали из приданных пехотных полков самых ловких и хватких бойцов, обкатали их в море, а уже после готовили к новой службе на полигонах и учениях.
Основная часть десанта на переоборудованных для него кораблях отправилась для высадки на берег ближе к фортам. Сотню бойцов разместили в подводные лодки, к этому времени построили уже два десятка аппаратов. Нагрузили их до предела, люди сидели буквально друг на друге, заняли даже минный отсек. Направились малым ходом в горловину бухты с открытыми люками, иначе воздуха не хватило бы для всех, прокрались мимо фортов. Чуть поодаль от них разделились на две группы, каждая направилась к своему берегу, там тихо высадили бойцов со всем снаряжением. Впрочем, из-за продолжающейся канонады никто их не услышал, даже если бы они изрядно шумели. В условленный час высадившийся с кораблей и лодок десант одновременно пошел на приступ обоих фортов с тех сторон, где не ждали нападения. Лучшие верхолазы взобрались наверх по крутому скату куртины, за ними по веревочным трапам поднялись остальные. Вскоре пошел ночной бой с защитниками крепостей, застигнутыми врасплох, но после недолгой растерянности они оказали отчаянное сопротивление. Почти в кромешной тьме не обошлось без неразберихи, стрельбы практически наугад и все же лучшая выучка бойцов десанта сказалась, через несколько часов оба форта полностью перешли к ним.
На рассвете, едва только стало светать, союзный флот вступил в бухту. По всей видимости, его появление стало полной неожиданностью для британцев, стоявших неподалеку от входа, не предполагали, что можно одолеть, да еще так скоро, неприступные форты - так посчитал бы любой сведущий в фортификации моряк! Стояли на якорях, даже паруса были опущены - как говорят в простонародье, поймали со спущенными штанами или, в более изысканной речи - вы нас не ждали а мы приперлися... Видно было, как переполошились на кораблях неприятеля, забегали матросы, стали поднимать паруса, но стоило идущим впереди русским линкорам дать залп чуть в сторону от них, так вскоре те одумались, а на флагмане вывесили сигнал о переговорах. Для вящей убедительности русская эскадра двумя колоннами взяла их в кольцо, а выход из бухты закрыли французы со своим плавучим фортом. Вот так, практически без всякого сражения, захватили свыше шестидесяти английских судов - такого, наверное, не случалось в морской истории, тем более с сильным флотом!
Еще неделя ушла на взятие и зачистку береговых укреплений Портсмута - собственно, серьезного сопротивления они не оказали, хватило нескольких залпов с линкоров и орудийной платформы. Больше времени заняла подготовка плацдарма для французского корпуса - за ним уже послали в Гавр. Дальше пути союзников разошлись - российская эскадра направилась на восток к берегам Шотландии и Северной Англии, а французы на запад к Плимуту, второй по значимости британской базе. Трофейные корабли разделили справедливо - две трети достались русским, а адмирал Буве, наверное, был рад тому, что ему хоть что-то перепало. В устье Темзы захватили форты Приттлвел и Нор, находившаяся здесь флотилия не стала вступать в сражение и отступила в сторону Лондона. Взяли крепости также, как в Портсмуте, ночным десантом при отвлекающем обстреле линкоров. Потеряли треть бойцов, но теперь открылась прямая дорога в столицу для экспедиционного корпуса. Дождались прихода транспорта и высадки войска, после продолжили путь на север.