Работорговля в Африке
За последние годы в этом районе побережья сложилось хрупкое равновесие между двумя враждующими сторонами - севернее мыса за французами, а юг за англичанами, сам он как бы на нейтральной полосе. И вот сейчас вломился еще один игрок - русский медведь, ничтоже сумняшеся заняв лакомый кусок. Собственно, Лексей не собирался встревать в чужие терки, но уж больно соблазнительным показался ничейный участок суши, представлявший немалую ценность как перевалочный пункт на пути от Африки в Южную Америку. Взвесив достоинства и возможные проблемы, все же решился построить здесь опорную базу и форт, оставить часть кораблей и один из полков. Тем и занялись всем миром, буквально за две недели возвели нужные постройки и укрепления, после же вышли в океан, но уже разделившись - эскадра Крузенштерна на запад к Латинской Америке, вторая на юг огибать африканский континент.
Западная Африка
Экватор эскадра Лисянского с адмиральской четой на борту флагмана перешла в Гвинейском заливе - месте пересечения с нулевым меридианом Гринвича. Понятно, что не могли обойти существовавший не один век обычай с праздником в честь бога морей Нептуна. Начинался когда-то из-за суеверия, моряки просили у стихии благосклонности и милости, чтобы миновали их сильные штормы и не менее опасные штили, нередко случавшиеся в зоне экватора и длившиеся неделями. Теперь же обряд проводился больше для забавы, скрашивания плавания, но и вера в приметы у большинства матросов осталась. Особым еще знаком расположения высших сил приняли это место - 'пуп Земли', так нередко называли его, с нулевой широтой и долготой.
Собственно, праздник организовал молодой командующий - еще в юности, сразу после окончания кадетского корпуса, проходил стажировку на британских кораблях и не раз ходил в дальние походы, среди них и на юг, через экватор. Разве что немного смягчил бытовавшую в английском флоте довольно жестокую процедуру 'крещения', вроде порки линькой до крови и купания за бортом, иной раз заканчивавшихся увечьями или даже смертью 'посвященных'. Их сменил на символическое касание трезубцем и обливание забортной водой, а в остальном ритуал сохранил. Завершил праздник построением экипажа на палубе и салютом из ружей, доброй чаркой вина каждому матросу из выставленной по такому поводу бочки. Подобные церемонии провели и на других кораблях, разве что не коснулись транспортников, перевозивших бойцов из пехотных подразделений - они ведь не моряки и морские обычаи к ним не относятся.
В канун Рождества миновали крайнюю южную часть континента - мыс Доброй Надежды, - далее путь пролегал уже на восток, мимо Капской колонии. Останавливаться здесь не стали - эта некогда голландская территория совсем недавно была захвачена англичанами, а желания встречаться с ними русские моряки совершенно не испытывали. Так и прошли почти на половину поредевшим, но все еще внушительным караваном вдоль южного побережья, изрезанного хребтами Капских гор, проследовали мимо столицы колонии, когда-то именовавшейся Капстадом, а теперь Кейптауном. Стоявшие в бухте города корабли даже не пытались высунуть нос из гавани, лишь спешно поднятые на них паруса и сигнальные вымпелы свидетельствовали о поднятой экипажами тревоге.
На второй день обогнули южный берег и вышли в Индийский океан, далее повернули на север к своей будущей земле за Оранжевой рекой и Драконовыми горами. Миль через триста начались холмистые предгорья, немногим дальше - в устье реки с удобной бухтой, - оставили людей и материалы для возведения здесь форта и поселения, крайней южной базы для похода через горы. Следующую выбрали еще через сотню миль, в долине Натал (*Дурбан) - так назвал это место португальский мореплаватель Васко да Гама, - строили уже более основательно, как будущий центр колонии на побережье. Здесь имелся достаточный простор для большого города и хозяйственных угодий, плодоносная почва и благоприятный влажный климат обещали хороший урожай, да и гавань вполне подходила для крупного порта.