Прямота девушки озадачивала, и Лестар не привык к этому. Ведьма никогда не скрывала своих эмоций, но и не объясняла их, и во многих отношениях жить с ней было все равно что делить квартиру со вспыльчивым домашним питомцем.
Он пытался быть честным, но он так многого не знал.
- Я помню только ее, - сказал он, - Как, будучи малышом, я оказался среди монтий, я не могу сказать. Никто никогда не говорил мне об этом, и Ведьма не стала бы говорить об этом. Я помню других женщин тех времен, сестру Буфетчицу и сестру Фруктовый сад, и некоторых более игривых, послушниц, которые сохранили свои собственные имена, сестру Сент-Грейс и сестру Линнет. Но когда пришло время для Бастинды, чтобы уйти, они обернули мой мелкий пакет одежды тоже, и я был вознесен к месту на повозку, и мы присоединились к каравану, который прошел через Келс, останавливаясь здесь и там, пока мы не добрались до Киамо Ко.
- Это ужасно далеко от цивилизации, - сказала Элли, оглядываясь вокруг на незаселенные склоны, поросшие соснами и калиной, и горки осыпей, и клочья горной лаванды, уходящей в землю.
- Она хотела быть подальше от цивилизации. К тому же, там жил Фиеро.
- Твой отец?
Лестар так же сомневался в своем отцовстве, как и в материнстве.
- Он что-то значил для нее, для Ведьмы, - отметил он, - Но что, я не знаю. Я никогда его не встречал. Можешь ли ты представить, что Ведьма села бы и излила мне свое сердце?
- Я ничего не могу себе представить о ней. Кто бы мог?
Он больше не хотел разговаривать. Смерть была слишком недавней, шок от нее начал проходить, и то, что начало проявляться, было гневом.
- В общем смысле, мы едем на юго-восток, а затем срежем на запад через перевал Кумбрисия, - сказал он, - Я многому научился, слушая Оатси Манглхэнд, когда она приходит руководить караваном. Вокруг полно разным племен.
- Мы никого не видели, - сказала Элли, - на протяжении многих миль.
- Они видели тебя, - сказал Лестар, - Они наблюдают. Вот что они делают.
- Нехорошо шпионить за нами. Мы очень дружны, - сказала она, делая агрессивно дружелюбное лицо. Любой группе разведчиков, ставших свидетелями этого, не мешало бы спрятаться.
Вскоре пошел дождь, и он был рад, потому что это прекратило их разговор, превратившийся в болтовню. Сильный дождь, капли похожи на гальку. Он не видел здесь ни пастушьей хижины, ни даже зарослей горной пальмы, под которыми можно было бы укрыться. Поэтому вместо того, чтобы сидеть в грязи и позволять дождю просачиваться сквозь их нижнее белье, они поплелись дальше.
Однако их уверенность в правильности курса ослабла из—за того, что вершины холмов скрылись из виду - все ориентиры исчезли.
- Лестар, я не доверяю твоему чувству направления, - вежливо сказал Железный Дровосек.
- Ник Чоппер! Ты бессердечный! - сказала Элли.
- Ха, черт возьми, ха. А ты сирота, - ответил он, - Я заржавею под этим ливнем. Кто-нибудь думает об этом? Нет.
- Не придирайся. Я плохо справляюсь с конфликтами, - сказал Лев, - Давай споем песню.
- Нет, - хором ответили они все.
- Что ты будешь делать, когда почувствуешь себя смелым — при условии, что Гудвин дарует тебе то, что ты желаешь? - спросил Страшила, чтобы сменить тему.
- Инвестировать в рынок? Присоединиться к труппе музыкантов мюзик-холла? Откуда, черт возьми, мне знать? - сказал Лев, - В любом случае, я хочу вырваться на свободу и найти себе соратников получше. Более сговорчивых.
- Ты? - спросил Страшила Железного Дровосека.
- Что я буду делать, если у меня окажется сердце? - усмехнулся Железный Дровосек, - Я полагаю, что постоянно теряю его.
Они поплелись дальше. Лестар не думал, что ему следует продолжать разговор, так как он не присутствовал на их первой аудиенции у Волшебника. Однако, когда никто больше не заговорил, он сказал:
- Что ж, Пугало, твоя очередь. Что ты будешь делать со своими мозгами?
- Я думаю об этом, - ответил он и не стал обсуждать это дальше.
- О, Тотошка! - вдруг взвизгнула Элли, - Где Тотошка?
- Он ушел по своим делам, - сказал Лев, - Только между нами, ему давно пора научиться не распространяться об этом. Я знаю, ты в нем души не чаешь, но всему есть предел.
- Он пропадет, - воскликнула она, - Он не мог найти выход из бочки с крекерами. Он не очень умен, ты же знаешь.
После почтительной паузы Железный Дровосек заметил:
- Я думаю, мы все это заметили
- Я ненавижу быть очевидным, - добавил Страшила, - но ты бы избавила себя от кучи проблем, если бы не поскупилась на поводок, Элли.
- Вот он, - воскликнула она, поднимаясь по небольшому склону.
Невежественное существо заканчивало экзекуцию у основания того, что выглядело как святилище древнего путешественника в Лурлине. Выветренная статуя языческой богини слепо смотрела в бурю. Статуя была в натуральную величину, если принять, что у богинь такой же рост, как у людей. Немногим больше, чем навес для защиты статуи от непогоды, сооружение не могло позволить путешественникам заползти внутрь от ливня. Однако через некоторое время Лестар подумал о том, чтобы встать на плечи Льва и накинуть большой черный плащ на крышу святилища. Используя обгоревшие остатки ведьминой метлы в качестве шеста, он соорудил черную палатку, под которой они могли бы укрыться.