Собственные пальцы скребущие по камню. Усмешка. Не его — Бруно. Бруно.
Оттолкнуться от пола. Споткнуться о насмешку над собой. Франциск смотрит на нее глазами Бруно.
Дар. Память. Боль. Ярость. Ненависть.
Глаза. Глаза Тианы. Глубокий вдох.
Подняться выше. Холм, покрытый густой травой. Над ним перепрыгивают боевые кони в стальных доспехах. На них среброволосые всадники. Герб какого-то рода. Картинки бегают. Зеленый-зеленый холм заметает снегом, льдом. Он исчезает все глубже и глубже.
Холм. Снова зеленый. Земля из-за снега в грязь. Женщина, обнимающая тело. Дети, выглядывающие из под прыгающих коней.
Множество времен спуталось в единый клубок.
В какой-то момент тонкая натянутая нить где-то глубоко взрывается оглушительным звоном. Пространство теряет очертания. Он отдаляется от холма все выше, выше.
Холмы. Много холмов, стирающихся под натиском времени в равнину. Равнина отдаляется все выше и дальше. Граница. Франциск выпадает из воспоминаний в кромешную тьму.
Не видит. Такое бывало, когда он только-только осваивал дар. От перегрузок тот "выключался" оставляя Франциска одного. Лучшее и худшее время.
— Тироугвель. Граница с Бэйровилем. Почти у самого Барьера. Ориентир на курган.
Франциск не может ощупать пространство. Он не видит Джеральда. Не видит Тиану. Собственная беспомощность перекликается с мокрыми щеками и бешено колотящимся сердцем. Подрагиванием кончиков пальцев. Холоде в горле.
Кончики пальцев.
Франциск дергает ими. Дерево под рукой отзывается нестерпимой гладкостью.
— Я переносу вас в безопасное место, — раздается в этой тьме голос Джеральда. — Николь тоже. Похоже, что Викториам выжидали момент, когда Бруно оставит вас, Ваше Высочество.
Кто-то обнимает его голову. Он "чувствует" пальцы на своих плечах. Он давно не чувствует ничего ниже шеи. Он скорее знает, что Тиана держит там свои руки.
— Куда вы собираетесь нас перенести? — она напряжена, готова к атаке.
— Резиденция Его Высочества в Элегансе.
— Императорский дворец опечатан с момента смерти Франциска Джексона II.
— Он опечатан с момента смерти владельца дара. А у Всевидящего новый носитель, — Джеральд явно кивает в его сторону. Франциск хочет перехватить руку Тианы, остановить.
Он не хочет в Город Восьми Стихий. Если с Императорского дворца спадет печать — он на весь мир заявит, что жив. Он не…
— Это единственное место, где вы будете в безопасности.
Франциск знает об этом. Он жил там. Он знает, что дворец опутан магией Основателя Солнца до такой степени, что даже члены их рода, не владевшие даром, могли видеть сквозь время. Он с детства играл среди пронизанных солнцем фигур, удивляясь, что слуги дворца их не видят.
А потом отец отвез их на "отдых". В эту резиденцию. Чтобы побыть только с семьей. Он слишком понадеялся на охрану, на репутацию рода, на собственную силу. Его убили быстро. Они остались без защиты — даже телепортироваться не смогли, из-за антителепортационного барьера.
— Я…
— В Стране Льда вы не выживете, — в голосе Джеральда нетерпение. Франциск понимает — его перенесут во Дворец в любом случае. Группе Холод сейчас приоритетнее спасти Бруно. — Ваше Высочество…
— Хорошо.
Франциск делает глубокий вдох. Сердце все еще колотит так, что гулом отдается в ушах. Тиана целует его в затылок и прижимает к себе. Она чувствует.
***
Николь приходит в себя.
— Мы не можем взять ее с собой, — она узнает голос Алроя. — Это безумие.
— Безумие, то, что сделал Бруно. Он подставил Франциска под удар Викториам, он сам позволил Викториам себя захватить, он искалечил свою напарницу, — качает головой Джеральд. — Пилоты?
— Мы сделаем, что от нас зависит, — Николь встречается взглядом с Лецием. Он кивает ей. — Доброе утро.
Она на диване в гостиной группы в Академии. Последнее, что помнит — как Бруно накинулся, а она не могла ни отреагировать, ни защититься. У них слишком разные уровни силы.
— Мы не можем взять ее, — Асиэль кивает в ее сторону. — Это не прогулка по фабрике этилы. Эта организация убивает Королей и ведет за нами охоту.
— Я знаю.
Джеральд смотрит на группу и Николь видит, как они смиряются. Леций закрывает глаза, словно что-то просчитывая. Асиэль перестукивает пальцами.
— Элиот нужен, — наконец добавляет она. — И Тигры на подхвате.
— Я тоже могу, — добавляет из угла Марьям. — Неизвестно в каком состоянии будет Бруно.
— Медик остается тут, — отказывает ей Даниэль. — Тигры, отставить.
Юлай, уже закидывавший какие-то вещи в сумку на поясе остановился.
— Они ждут штурма, — менеджер хмыкает. — Меня ждали, чтобы подтвердить похищение. К Франциску обращались, если Джеральд правильно понял его состояние во время чтения. Они ждут нас.