Дельфина поникла, отрицательно покачав головой и Оления продолжила, словно рассматривала какое-то прошение в канцелярии, подводить сухой остаток.
- У тебя еще лет 5, а то и все 7 в запасе. Ииска, хоть и очень мил, слишком молод по сравнению с братьями и силами не наделен. Это сродни тому, что ты бы вышла за трубадура, спустить свою кровь по реке... К тому же, он младший, судя по старшему, взойдет, дай Луна, к 50ти. Что ты, вечно двадцатипятилетняя, будешь делать потом рядом с дряхлым бессмертным стариком? Ииска не рассматривается, и не вздумай! – Оления вдруг встрепенулась, превращаясь не то в кормилицу, не то в сваху и, разворачиваясь к сестре, активно затараторила, - Яс или Чевеио? Самое то, правда не пойму, какая сила у Чевеио, он отчетливо кажется, что у Яса дар тоже прорежется вот-вот. Он лишь на год младше из двоих, с ним рядом спокойно, так уютно, видимо будет менталист, представляешь, каких детей можно получить? И он высокий, как и ты.
«Недостаточно высокий», промелькнуло у Дельфины в голове, но она отбросила этот образ, сосредотачиваясь на вещающей Олении.
- Я бы выбрала Чевеио, он как оборотень, такой гипнотизирующий, с каким-то сильным даром, раз стараются не афишировать и какое тело, и этот профиль. И по возрасту, взойдет лет через 5-10, видимо, будет в самом соку, зрелый и не старый. – Она приблизилась и скрестила руки на груди, всем видом показывая, что ждет ответа. Дельфина отмерла и сбивчиво замямлила.
- Может ты и права, но Кохэна все это время вел себя как джентльмен, чего не могу сказать о Чевеио. Каждый раз, когда он на меня смотрит или говорит со мной, я покрываюсь румянцем. Каждое слово – двусмысленно до пошлости. Мне как-то не по себе от этого.
- Ты знаешь, что у него за дар? – проговорила Оления с укоризной, - Ло говорила, что старшие награждены ими, но я так и не поняла, в чем его сила.
- Не знаю, сестра, но он пугает меня больше всех, он, конечно, красив, даже спорить бессмысленно, но с ним рядом я чувствую себя загнанным зверем, будто он открыл охоту на меня, понимаешь?
- Но так и есть, они все на тебя ведут охоту, - заявила старшая вдруг категорично.
- Нет, ты не понимаешь, это другое. Мурашки идут по коже, нутро стягивается в пылающий узел. Я ни с кем так себя рядом не чувствовала. Это так пугает.
Оления улыбнулась:
- Так это не отвращение, а наоборот. Ты просто еще неопытна, смущена, и не понимаешь. Выбирай его. – Она резко протянула руки, одну ладонь укладывая сестре на лоб, второй схватив за горло, - Тянуть не будем, я постараюсь шарахнуть не сильно, чтобы лишить тебя сил и голода еще дня на три.
Обе замолчали, закрывая глаза в сосредоточении. Вокруг засеребрилось, как в ночной морозной стуже серебрится мелкий, крупинками, снег. Дельфина болезненно застонала, а Оления отшатнулась тот час.
Устояв на ногах, Дельфина, наконец, ощутила, что желудок не сводит, жажда отступила.
- Спасибо! – она замешкалась, но продолжила, - Оли, я хочу помыться, чувствую себя липкой, можно?
Та будто отмерла, моментально собираясь, указывая на дверь поодаль, которую та и не заметила сразу.
- Там уже все готово, и служанки, они помоют тебя, подготовят, как тут положено. Наряд что-то не несут, ты пока иди в купальню там, а я посмотрю, где они задержались. Буду ждать тебя здесь уже с платьем. – она дернулась на выход, но Дельфина окликнула ее.
- Погоди, Оли, но сейчас утро, я надеялась поспать хоть немного, в дороге не удалось особенно…
- Надо было спать в дороге, Дельфи, этим днем тебе и у нас не пришлось бы выспаться, тебя только мыть сейчас будут часа три, поверь. На твоем теле не останется ни волоска, ни одной точки, где не побывало тысячи скребков и масел. А потом еще прическа, сотня мелочей, одевание. И не заметишь, как пролетят эти световые часы. К тому же, ритуал – на восходе Кровавой луны, и начинается за полчаса до него! Времени совсем нет! Все, немедленно беги, ты похожа…похожа… - и она, так и не договорив, скрылась в тени. Дельфина присмотрелась, оказалось, не только двери в купальню, но и коридорчика, она не заметила. Вздохнув она посеменила к купальне.