Лаконичная и небольшая, она вся была, по сути, просто бассейном под крышей с искрящейся водной гладью. Ирбис был удивлен. «Ни уступов, ни скамей, ни полотенец, вокруг вода и не обойти, как же странно. Просто нырять?», он прикоснулся подушечкой правой лапы к глади, отчего по ней пошли резвые круги. Впервые вода казалась отталкивающей, от мокрого прикосновения он поежился рыкнув.
«Мда, в этом теле я все же классическая кошка. Будь моя воля, ни за что бы не полез внутрь, а ведь я люблю плавать», он отскочил от края на шаг, оказываясь снова в дверном проеме, но собрался, оттолкнулся и зажмурившись, сиганул вперед. Вода встретила зверя радостными брызгами, лапы не касались дна, ирбис активно барахтался, стараясь держаться на плаву, иногда проскабливая когтями о мраморные стенки, но все же чувствовал, что непривычное к воде тело барса мерно уходит вглубь.
«Надо зацепиться за что-то. Мне не обратиться на плаву, я просто утону. Почему тут ни одного борта?», шкура совсем пропиталась, защитный подшерсток прилип к коже, еще больше утяжеляя. Ирбис взревел, отчаянно разгоняя жидкость длинным хвостом, «Да чтоб его!», вода заливалась в нос. Он набрал побольше воздуха и расслабился, уходя под толщу на самое дно. Едва над головой сомкнулась вода, безмолвная показалась в проеме. Он наблюдал из глубины, но что конкретно та делала, не понял, преломлённый через водяную прослойку силуэт сновал туда-сюда. Вмиг вода забурлила, и ирбис скорее не увидел, а почувствовал, как тело само, без его просьб и приказов начало трансформироваться. Стопы уперлись в камень на дне, придавая уверенности. Едва вместо лап Бальтазар ощутил руки, он уверенно начал всплывать, в пару гребков выныривая.
Во всем теле пела легкость, даже раздражение откатило. Безмолвная стояла развернув в руках по виду тяжёлую ткань.
- Мне казалось, ты совсем решила не помогать, - та отрицательно качнула головой, - ты придерживаешь это для меня?
Теперь она кивнула, и Бальтазар неспешно и уже откровенно наслаждаясь приятной прохладой купели, скользнул по водной глади в ее сторону, выбираясь. Она не отпрянула, чего ожидал мужчина, а шагнула к нему, оборачивая его в ткань и неожиданные объятья. Ее ладони проворно зашныряли по его телу, обтирая и планомерно собирая каждую каплю. Бальтазар нервно дернулся, когда ощутил ее теплые пальцы у себя в паху.
- О, нет-нет, золотко. Я голоден и устал, это мне сейчас не нужно.
Она моментально перенесла ладони за спину и с поклоном отстранилась, будто ожидая дальнейших указаний. Бальтазар недовольно выдохнул.
- Ладно, я не понимаю, как с тобой общаться, - он прошел в комнату, наскорь вытираясь, - так где обещанный накрытый стол?
По лицу девушки проскользнула лукавая улыбка, и она кивнула в сторону окна. Теперь Бальт заметил, что эти огромные покои оканчивались у дальней стены распашными ставнями-дверями, выходящими на округлое подобие балкона. Прежде, пока в небе еще блуждал ночной полумрак, он и не обратил на это внимания.
«Солнце встало, пока я плескался», подметил оборотень, «сколько там у меня еще времени до Великого Совета? Вздремнуть бы хоть пару часов». Он внимательно осматривал удивительное пространство. Сам балкон, скорее был не работой скульптора или каменщика, а просто выдолбленным в скале уступом.
«Грандиозно! С улицы, наверное, этот балкон выглядит лишь углублением в скале, не мудрено, что это место до сих пор не нашли люди, кому нужна обычная скала посреди джунглей», у окна в пол-оборота стояли два мягких кресла, а между ними длинный низкий стол, уставленный всевозможными мясными яствами.
Спрашивать не хотелось, и он молча прошел к одному из кресел, удобно плюхнувшись внутрь, так и не сменив банную ткань на одежду. Аромат щекотал ноздри, отчего в желудке громко заурчало. Приборов не было. Бальтазар помедлил. На него накатила такая обволакивающая нега, что вставать и искать, где они, не хотелось, не смотря на лютый голод. На секунду в его голове даже промелькнула мысль, что стоит закрыть глаза и вздремнуть прямо тут, так и не наполнив желудок, но сам желудок явно был против такого нахальства. Ирбис скривился, повернув голову на безмолвную.