- Он не утонул в священных зыбких песках! Древо позволило ему подойти, - переговаривались бессмертные, но ирбис сейчас их не слышал, резко оттолкнувшись массивными лапами от берега и сигая с брызгами в озеро.
Он достиг острова в пару гребков, выбираясь к подножию семи переплетенных в один стволов, образующих основание, под невероятного размаха кроной. Казалось, ветвями это величественное растение подпирает облака. В центре Древа, будто дупло зияла пустота, словно там не было чего-то, что было в этой нише изначально. Барс задрал голову, отряхиваясь мириадами капель. Переплетенные стволы расходились на высоте пяти метров, образуя каждый толстую ветвь, с отдельной кроной. Все ветви были разномастными, как и листья на них. Некоторые имели черный цвет, другие же были естественно зеленым, с прожилками, будто из серебра.
Он спиной почувствовал, как кто-то уперся в него взглядом. По позвоночнику до самого кончика массивного хвоста пробежал холодок, ирбис развернул кошачьи уши назад, не отрывая взгляда от Древа.
- Узри же Древо жизни, избранный. Постигни его устройство. Каждый ствол – большая земля, материк. Шесть цветут, и ветви – кланы светлых и рода темных, листья – потомки их. Жизнь всего ствола в балансе тьмы и света. Седьмой, центральный - остов остальных, в нем сплетены ветвями, жизни Великих бессмертных.
Оборотень резко обернулся, за спиной, застыв над водой в странной пугающей позе, не своим голосом говорила Кали. Ее длинный волосы развивались вокруг, руки размножились, а зрачки побелели. Как тогда, когда она принимала его клятву перед Советом в замке Августа. Волоски шерсти встали дыбом, не смотря на то, что были мокрыми. Кали будто не замечая его страха продолжала монотонную речь:
- Прикоснись к подножью седьмого ствола, если ты Огненный воин, ты завершишь круг.
Ирбис не совсем понял ее слова, оборачиваясь. Действительно, каждый ствол был к вершине разветвлен. Некоторые были более черными, в других преобладал зеленый и лишь один из стволов был не столь разросшимся. Он разделялся в выси над головой лишь на четыре толстые ветви. Первую, кустистую и богатую на мелкие веточки и зеленый покров, светящуюся светло-коричневым, вероятно принадлежащую Аркосу. Две сплетенные, проросшие друг в друга черную и серебряную ветви, они тянулись параллельно глади воды, надвисая над ней, не имели листьев, но всем своим видом походили на лианы, бесспорно жизни Августа и Кали. Последняя, четвертая ветвь, словно столб, тянулась одиноким голым и лысым стволом строго вверх, будто хлыст необычного глубокого синего цвета. Отметая остальных, это могла быть лишь ветвь Морского Нага. Ирбис шагнул к основанию этого ствола, прикладывая осторожно подушечки лап к светящейся коре. С громким шипением вода под островом запузырилась, словно столб яркого света по стволу от корней поднялась по коре новая лента рубинового цвета. Лента вплелась в ствол Советников образуя пятую массивную ветвь с рубиновой корой, возносящуюся симметрично ветви цвета индиго. Одномоментно тело оборотня прошило разрядом, электризуя шерсть. Площадь огласил невероятной мощи рык, вырвавшийся из горла барса. Он пронесся волной такой силы, что даже листья на Древе затрепетали, а вокруг горы поднялись возмущенные стаи напуганных птиц. А в центре древа, в пустующем сердце из сплетенных стволов вдруг вспыхнуло пламя, балансируя горящим шаром внутри.
Бальтазар ощутил теплый, распирающий жар, окутывающий откуда-то из области пупка. Шерсть начала парить, а волоски воспламеняться, от густого подшерстка брюха и до кисти хвоста. Ирбис полыхал словно костер, покрывшись мятежными языками алого пламени.
- Он горит! Может Древо отвергло его, превратив в один из факелов? – ропот ошарашенных свидетелей едва доносился до чуткого слуха зверя. Ирбис мягко прыгнул на дерево, ощущая, что должен и хочет это сделать. Его ветвь приклонилась, прогибаясь под ним и искривляясь над водой, будто ложе для огромной кошки. Он подобно пантере развалился на ней, расслабляя и развешивая лапы и снова громко зарычал, обращаясь в сторону все так же висящей рядом Кали.
- Древо приняло нового Советника, ему дарованы огненный щит и меч, сила Огненного воина. Он – защита света. Сердце Древа, наконец, ожило, – проговорила Кали.