- Но…
- И не перебивай! – профиль снова окаменел, Август отвернулся, и в фиалковых зрачках заиграли отблески каминных всполохов. Он тяжело вздохнул, давящая, гнетущая тишина плавно опустилась на каменный пол, окутывая помещение.
Бальтазар покорно замолк и, недовольно пробурчав что-то под нос, приступил к трапезе. Из кресла напротив раздался ехидный смешок.
- Так и знал, что еда - единственный способ тебя заткнуть!
Бальт снова недовольно фыркнул.
- Итак, этого окорока, по моим подсчетам, должно хватить для моего рассказа, – оборотень поднял на Августа убийственный взгляд, - как ты успел заметить, последние несколько недель, каждую ночь я ухожу из замка.
Ирбис застыл, отложив еду на серебряное блюдо, сердце бешено колотилось, предчувствуя опасность. Энергетический демон медленно повернулся, оценивая моментальную реакцию и медленно продолжил.
- Бальтазар, ты должен понять, мир в котором ты невольно оказался не так прост, это не досужий вымысел и не древние легенды, которыми пугают детей. Все гораздо серьезнее, я научил тебя справляться со зверем внутри, контролировать его, управлять им, но ты не знаешь и сотой доли того, кто ты и что твориться вокруг тебя. Ты только недавно был человеком, огражденным от всего и вся, человеком, на глазах которого плотная пелена, скрывающая реальный мир.
- Так просвети меня, не кажется ли тебе, что я должен это знать? – едко рявкнул барс, его снова начинал обуревать гнев.
- Ты ведешь себя, как капризный ребенок, – Август вскочил и, моментально оказавшись в полуметре от него, зловеще оскалился, всегда степенное лицо сменило яростное негодование, сейчас он выглядел устрашающе, вселяя животный ужас в каждую клетку тела, - так, что заткнись, и послушай!
Бальт нервно сглотнул, невольно вжавшись в бархатную обивку кресла.
- Кроме людей, мир населен и другими существами, сокрытыми в тени. Мы все скрываем свою сущность. Я единственный в своем роде, я слишком опасен, чтобы вмешиваться в распри бессмертных или людей. Я лишь наблюдатель. Ты пока не понимаешь, но твое место подобно моему. Огненный воин беспристрастен, он не может творить зла, он гарант равновесия, защитник света и кара для отступников, - голос его стал снова спокойным, но стальные, холодные нотки все так же продолжали пронизывать сотнями иголок, врезающимися в голову и оседающими в мыслях.
- В нашем мире есть свои законы и свои правители,- он на секунду замолчал, ловя блуждающий зеленый взгляд собеседника.
- Существует 3 основные расы. Самая слабая, та, что служит пищей и прикрытием, не догадываясь ни о чем, это люди. Они скорее материал и слишком глупы и недальновидны, чтобы понять все и заглянуть глубже, чем им позволено. Но люди единственные в чьей крови энергия не имеет оттенка – света или тьмы, их энергия нейтральна. С другой стороны, их энергия слабее, чем у других рас. Вторая раса– это оборотни или дети луны, те, что впитали свет, сосуды для светлой энергии. Ты один из них. Самый сильный из светлых. Равным тебе по силе может быть только Дарующий Смерть – сосуд для темной энергии. Уникальный оборотень, единственный в чьих жилах энергия тьмы, вместо живой светлой, как у всех оборотней. Мы думаем, что вы созданны великим Светом как балансиры друг другу. Правда пока ты не обучен и не смог бы его даже задеть в бою. Хотя, в бою вы никогда не столкнетесь. Дарующий смерть не враг для тебя. Мы все – часть Совета, а он тоже оборотень, но другого вида. Вы познакомитесь на Совете.
Бальтазар молчал, внимательно переваривая его слова.
- Начну с рассказа об оборотнях. Первый оборотень появился много веков назад, ты далеко не единственный представитель этого рода. В кровь оборотня вплетена нить света, дух животного, что избрало их как сосуд. Ты особенный оборотень, в твоих венах помимо нити света, перемешаны гены человека и реального животного, первого зверя. Ты впитал дух ирбиса через кровь, а не как прочие представители расы – через ритуальный обряд. Ты пробудил лунный свет в своих жилах, когда наложил ритуал на свою чистую кровь, воззвал таким образом к духу, и он услышал твой зов.
- Когда принял татуировку рода? – поняла Бальтазар.
Август кивнул, продолжая: