Бальтазар медленно перевел на него свой взор, вглядываясь в окаменевшее лицо, пытаясь поймать хотя бы тень эмоций на точеном профиле, но не мог.
- Я сильный воин, я должен знать, чего опасаюсь, должен знать, с чем мы имеем дело. Я хочу увидеть вампира. - Тихо, но четко, с тупой и острой решимостью проговорил он.
Август медленно встал и остановившись в полуметре от него, немного наклоня голову, изучающе заглянул в его глаза. Ни один мускул не выдавал в нем тревоги, что рвала его изнутри. «Отпустить тебя сейчас - убийство, ты слишком неопытен, удержать тебя – самоубийство, ты все равно уйдешь, что ж мне с тобой делать? Вчера я зачистил ближайшие земли от молодняка и свежих обращенных…»
Ирбис выглядел так, словно готов был броситься на добычу, вся его поза выражала решимость, в глазах был воинственный, фанатичный блеск, в свете камина, он походил на демона из самого сердца преисподней.
Резко поднявшись, Август оставил вопрос без ответа и молча последовал к выходу. Бальтазар же все больше заводился, ирбис внутри встал на дыбы, предвкушая пыл битвы, требующий показать ему врага, просящийся выпустить его на волю.
«Он не ответил, чтобы я не ушел. Он все же считает меня слабаком, не способным защитить себя».
Ирбис внутри зарычал, раздражая клетки его тела до сотрясающего гнева, бешеным ревом вырвавшись наружу:
- Август, я иду на охоту в лес!
Глава 9
Вылетев из замка, оборотень рванул вглубь лесной чащи. Бальтазара колотила мелкая дрожь, но чувство, что он бежит в правильном направлении подстегивало, заставляя двигаться вперед с удвоенной силой. Ноздри ловили призрачный сладковатый запах, направляя сквозь ветвистые заросли царапающих кожу кустарников.
"Я делом докажу! Я достоин стоять с тобой на равных, гордо держа голову, а не трусливо прятаться тебе за спину и я могу справиться и сам, без твоей помощи, меня не нужно охранять! Не покажу сейчас, они так и будут считать меня слабаком".
Ему казалось, что шум усилился, лесная глушь кольцом обходила его, не давая прохода вперед, смыкаясь за его спиной мелкой, узорчатой сетью. Деревья будто предупреждали об опасности, когда он, наконец, выскочил на поляну, залитую белым лунным светом. В мгновенье все стихло, он слышал лишь свое дыхание и стук собственного сердца. Тишина, молчали листья, ветер стих, птицы замерли... Ничего... Полная пустота...
Оборотень замер, отчетливо напрягая слух, но тщетно. Звуки будто не доходили до этого места. Словно миллионы глаз наблюдали за ним, оттуда из темноты.
Бальтазар напрягся, встав в оборонительную позу, в любую минуту готовый к прыжку. Резкий порыв ветра со стороны донес странный, сладковатый запах, походивший на аромат цветов, но до боли режущий ноздри металлическим привкусом. Так пахла кровь... Много крови... Терпкая горечь смерти, сладковатый запах тлена смешанного с кровью. Бальтазар знал его. Так пах меч, бывавший в битвах, металл и отпечаток убийства на его клинке, этот запах невозможно было скрыть. Но никогда он не чувствовал его настолько сильно, а сладковатый цветочный оттенок придавал ему пугающую острую горечь, вызывающую тошноту.
Ирбис молниеносно повернулся, лишь теперь он увидел: на поляне, там откуда шел запах, равнодушно закрыв глаза, будто ловя кожей лучи луны, прислонившись к огромному, поросшему мхом валуну, сидела девушка. Ее длинные волосы, цвета спелой пшеницы, рассыпались по земле. Она сидела неподвижно, не обращая ни малейшего внимания на мужчину, лишь изредка взмахивая длинными, густыми ресницами, доказывая тем самым, что жива.
Она плавно повернулась:
- Сам пришел. Как интересно... А мы тебя обыскались, - тонким звоном разнеслось по опушке ее шипение.
- Какого черта тут происходит? - рявкнул оборотень, напрягаясь все больше.
Шорох за спиной, по сторонам лес снова ожил, но отчего-то веяло холодом. Бальтазар поежился. Девушка грациозно встала. Пряди волос плавно колыхнулись, обрамляя прекрасное, бледное лицо. Теперь Бальтазар видел ее отчетливо. Ее глаза были белесо-серебрянными, не оставалось сомнений. Перед ним был представитель нежити, вампир.
"Этот запах, вот как они пахнут... Запах не свойственный ничему живому. Запах смеси металла, крови и могильных цветов-запах смерти".
На ее виске искрился тонкий, едва уловимый узор, переливающийся сотнями радужных оттенков, похожий на древний, незнакомый ирбису символ.