Бальт вскрикнул, отстраняясь, сшибая от резкого прыжка таз с водой.
- Какой интересный рисунок. Кельтский? – послышалось из дверей, отчего Бальтазар снова отпрыгнул теперь к шкафу.
Август грациозно вошел, посмеиваясь.
- Я не слышал тебя! – ошарашенно проговорил мужчина.
- Не удивительно, ты не приручил зверя. К тому же, пока ты слишком слаб, чтобы уловить мое приближение. Этим не может похвастаться даже Великий морской наг, а он охраняет острова и океаны почти 800 лет. Повторю вопрос, орнамент кельтский?
- Да, дух рода, у меня одного полное тату, его тяжело принять. Узор ожил, я чувствую себя странно. Что ты сделал со мной?
- Я? – юноша задорно рассмеялся, - Я лишь приютил тебя и предлагаю обучение и защиту. По крайней мере, пока ты не слился полностью со своей сущностью и не стал един с духом. Оденься, нас ждут во дворе. Надеюсь, ты подготовил свои вопросы. Обсудим правила. И держи себя в руках.
Бальтазар не понял, о чем говорил Август и что значит, держать себя в руках, но последовал за ним.
Во дворе действительно ждали. Высокий коренастый мужчина, походивший на скалу более, чем на живого человека, мирно беседовал с невероятно красивой девушкой, сидящей на ограждении того самого колодца, из которого Бальт вылез буквально недавно.
Девушка повела головой в сторону вышедших из замка, отчего ее длинные тонкие и волнящиеся черные волосы всколыхнулись напоминая сеть. Локоны доходили до щиколоток, струясь шелком по ее плечам, словно покрывало. Ее кожа чуть светилась, будучи не просто белой, а слегка отдавая голубизной, миндалевидные глаза оценивающе смотрели на Бальтазара. Сначала мужчине показалось, что она слепа и глаза ее под белесой пеленой, но присмотревшись, он понял, что зрачки движутся, а радужка ее глаз абсолютно белая, и лишь едва заметная серебряная окантовка отделяет ее от белка, почти сливаясь.
- Августин, это он? – пропел звенящий тонкий голосок.
- Кали, Аркос, это Бальтазар Драгош. Я нашел его пару недель назад.
Теперь и коренастый мужчина повернулся.
- Почему не представил сразу? – сурово отчеканил он.
- Бер, это чистая случайность, что он вообще здесь. Он начал оборот во время вечерней мессы, его почти сожгли, но это было очень веселое зрелище, я давно так не забавлялся, – довольно протянул Август, - Совершенно себя не контролирует. Пришлось почти осушить его, чтобы он все мне тут не разнес.
Зрачки белолицей засеребрились ярче, она подскочила, в мгновенье ока оказавшись рядом с Бальтазаром. Тонкие ледяные пальцы дотронулись до ключицы.
- Вкусный? – обратилась она к юноше.
Август резко хлопнул ее по руке.
- Руки, Кали! Ты знаешь правила, не при мне, – фыркнул юноша.
- И давно ты стал ревнив? Вечный мальчик начал брюзжать? Не разочаровывай меня, уж кто-кто, но ты никогда не был ханжой, – она проплыла мимо, и ласково прильнула к Августу, обнимая его и уложив подбородок ему на плечо.
- Напомнить, как я раскрасил кровью Кхаджурахо, Парвати? – ледяным тоном отрезал он.
- Фу, нет, мне до сих пор из-за этого приносят кровавые жертвы, хотя это ты пришел в мои джунгли с Александром и несколько месяцев устраивал такие вакханалии, что мой народ воспел Камасутру.
- Это лишь слова, моя арахна, я знаю с кого высекали из камня все сотни статуй на этих храмах. К тому же, ты взяла Александра как репарацию, сгноила многообещающую искру. Тогда я полагал, что нашел Огненного Воина, невосполнимая потеря, - его глаза погрустнели.
- Почему тебе можно было позировать для статуй греческих богов, а мне нет? – она лукаво облизнула губы.
- Хочешь обсудить сейчас?
Аркос недовольно сложил руки на груди.
- Уймитесь! Македонский не удержал зверя, Кали тут не при чем. А ты, Августин, вырезал тогда почти всех зодчих Индии, была потеряна технология подобного строительства. Благодаря вашей семейной ссоре, развалилось несколько империй. К тому же, Кали, мы тут не за этим.