Так же резко, как все это начали, девушки остановились и как по команде начали нашептывать нечто на непонятном языке. Шепот нарастал, сливаясь в единую песнь и девушки расступились, а вперед вышла высокая женщина. Вся ее фигура была иссушенной и угловатой, зрачки глаз были абсолютно белыми, явно намекая на слепоту.
- Следуй за мной, - произнесла она хриплым голосом, похожим скорее на голос дряхлой старухи, нежели еще вполне молодой дамы, что Дельфина видела перед собой.
«Видящая, так вот она какая. Абсолютно слепая…», шепот-песнь вокруг становился все громче, пробираясь по ушной раковине к самому мозгу, придавая флер торжественности. Видящая устремилась к темному коридору, уводящему в зал под Храмом Луны. Сразу за ней, стараясь не отстать и не оступиться, шла Дельфина, а по сторонам, напоминая косяк перелетных птиц, словно крылья, по обе стороны от Видящей, выстроились молоденькие жрицы. По три с каждого странного крыла.
Этой процессией они прошли свозь строй из десяти крепких молодых мужчин, сладко пахнущих кровью. В Дельфине тут же вспыхнул голод и рот наполнился жадной слюной, позавтракать после пробуждения времен не выдалось. Жажда юности брала свое.
«Значит сила дара возвращается, раз снова проснулась жажда», она сглотнула и постаралась взять себя в руки, все больше уплывая от осознанного мышления к первобытным инстинктам. Сознание мутило, Дельфина ясно ощущала ментальное вмешательство. Ее вели, но не хотелось сопротивляться, и она послушно повиновалась силе. Мужчины склонились, когда девушки проследовали мимо.
Коридор пирамиды не освещался. Дельфину воспитывали и учили на дому, глухой деревенщиной она не была, и не удивилась. Знала, здесь нельзя было пользоваться иным освещением, кроме света матери Луны. Будучи созданием Тьмы, Дельфина прекрасно видела, как выложенный камнями грот уходил все глубже и в конце оканчивался просторным залом. У входа, словно стражи стояли двое, все увешаны украшениями из красивого, как панцирь черепахи, зеленого камня. Дельфину так и подмывало спросить, кто это, ведь оружия они не имели, но и на жрецов не походили. Для слуг, они так же были слишком пышно наряжены, оба увешанные странными ожерельями, с камнями, походившими на человеческие зубы и кости.
Мерное пение вокруг стихло, едва они пересекли порог зала впереди. Откуда-то сверху, отражаясь от каждой поверхности, лился холодный лунный свет, лаская кожу. Дельфина занежилась в ее лучах, словно кошка, едва не мурча, моментально отвлекшись и от проснувшегося голода и от окружающих. Зал оказался куда меньше, чем представлялся из узкого темного коридора, скорее, будучи не залом, а комнатой. В самом центре комнаты, выложенной плиткой из уже знакомого зеленого камня, стоял небольшой постамент-алтарь.
Процессия остановилась и откуда то из-за спины вампирши вышли те десять мужчин, что встречали у входа в Храм, окружив постамент. Медленно в полной тишине они опустились на колени, сложа руки за спиной и несколько безвольно, но покорно устремили глаза строго к вершине пьедестала.
Дельфину пробила странная дрожь. Было не то жутко, не то трепетно, но хотелось съежиться, уйти, сбежать. Она отчетливо ощущала, что стала участницей чего-то великого, перед чем нужно и должно падать ниц, чего-то грандиозного, чего-то, что пугает до чертиков и так же манит, словно опутывая дурманом.
- Оли, давай уйдем, - тихо прошептала она, на миг отрываясь от действа, что творилось перед ее глазами и обращаясь за плечо.
Олении сзади не было, от этого волоски на загривке вдруг поднялись, окатывая кожу холодком до самого копчика. Она осознала, что совсем одна здесь, посреди ритуала, среди абсолютно чужих ей существ. В животе зашевелился страх, и она сфокусировалась на происходящем вокруг, остро ощущая опасность. Видящая отошла в сторону, будто уступая ей дорогу, указав на постамент.
- Подойди к источнику, дочь ночной мглы!
«Источнику?», Дельфина замешкалась, вперившись в ту взглядом, но вдруг ощутила толчок маленьких ладоней. Одна из жриц чуть подтолкнула к пьедесталу, и та поняла, сделав пару неуверенных шагов в его сторону.
На полу, средь зеленой мозаики, едва не доходя до центра, был искусный узор. Теперь, подойдя ближе, Дельфина видела, что мужчины коленопреклоненно сидели сразу за вязью внутри этого каменного круга. По самой же окружности, на манер частокола, были расставлены недлинные клинки из черного полировано-гладкого камня, скорее напоминавшие копья, нежели любой европейский меч. Дельфина насчитала ровно 18 этих пик, пока собиралась с мыслями, чтобы пересечь черту вязи.