Неожиданно те, кто прижимал лапы к земле, отлетели в стороны. Ирбис вскочил на конечности, моментально собравшись. Боковым зрением он видел, как приближается справа новый удар, слегка пригнувшись, он обрушил на вампира длинный и тяжелый словно булава хвост, отклоняя его траекторию. Просвистел удар слева, сбивающий с ног снова. Кровь бурлила и булькала в горле, он повредил один из сосудов. Новый сильный шлепок. В глазах ирбиса потемнело. Он слышал, как хрустнула кость на подбородке. Один из зубов маленьким белесым трупом вывалился из окровавленной пасти. Бальтазар зарычал, стараясь под градом побоев снова встать на ноги. Сейчас его голова была зажата, челюсть саднило, но он ощущал, что его регенерация не уступает вампирской. Срастающиеся кости ныли и слегка зудели, принося истерзанному телу неудобства, но неуклонно восстанавливались. Лечение шло куда быстрее, чем в прошлый раз, когда он задрал обращенных у замка Августа, провалявшись потом неделю в лихорадке и беспамятстве.
Барс разжал сломанную челюсть и, собрав силы, оттолкнувшись задними лапами от густого песка с проблесками грязной речной гальки, дернулся, захлопнув пасть на теле вампира. Клыки как в масло вошли в нежные ткани, металлический привкус, с вызывавшим омерзение привкусом сладкой, приторной гнили, заполнили рот. Один из резцов только-только начал отрастать, и как росток, пробивающий себе путь сквозь асфальт, мучительно пробился за остальными в плоть противника.
Бальт рванул в сторону, не разжимая капкана челюстей. Лапы были еще слабы и, отскочив в сторону с куском чужой плоти, он невольно соскользнул и чуть не потерял равновесие. Шерсть на нем представляла собой месиво из грязного песка, суглинка и запекшейся чужой и собственной крови, редкие проблески еще белого меха были сваляны и всклокочены, прикрывая кровоподтеки и синяки под густыми рядами шерсти. Он с ненавистью отшвырнул выдранный кусок мяса в сторону и снова заревел. Теперь он отходил медленно в сторону, снова вставая между Марией и этим кровососом, одновременно выжидая пока окончательно окрепнут лапы. Один из когтей, так и оставшийся в шее соперника, должен был отрасти. Он повернул к Марии голову, с преданностью и тревогой заглядывая в ее глаза, но тут же вернулся на свою позицию. Он не мог позволить себе упускать врага из виду.
Окинув взглядом поляну, оборотень вдруг осознал, что размалеванные дикари и тот, первый вампир, растворились в лесу. Сейчас на поляне были лишь трое: он, Маша и сильно раненный вампир.
«Это странно. Куда делись остальные». Будто услышав его мысли, между деревьями снова показались бледные лица. Теперь их было больше десятка, все европейцы, ни одного без четкой метки. Ирбис похолодел внутри, замирая с осознанием, что они проиграли. Не имеет значения, добьет ли он этого вампира, остальные осушат их с рысью. До ушей доходил отдаленный, странный топот, пока с трудом различимый, но почему-то бессознательно ободряющий барса. Бальтазар взглянул Марии в глаза, указывая головой на свой хвост. Слегка помешкав, хвост взметнулся вверх и аккуратным росчерком, начертал на мокрой глине почти у ее ног:
«Беги!»
Эти слова были адресованы ей. Он давал ей шанс уйти, понимая, что сам точно обречен. Новый свистящий рык, он размахнулся и все тем же хвостом пульнул в голову Френсиса небольшой булыжник, отвлекающий его внимание и, заметив толику смятения, рванул вперед, выпуская когти, наотмашь рвущими лезвиями сверху вниз распарывая тому грудину. Секунда и барс отскочил назад. Френсис, на глазах истлевая пеплом, безжизненно рухнул.
Новые вампиры в считанные секунды как на жеребца начали накидывать на оборотня арканы, растягивая те в разные стороны, обездвиживая барса. Кастор гордо вышел вперед, вальяжно приблизившись и нависая над поверженным барсом. Кровавая поляна, ошметки разорванных тканей на камнях, Луна вышла из-за облаков.
Краем глаза оборотень видел, как Мария, еле поднявшись на ноги, рванула в сторону леса, откуда слышался раньше волчий зов. Она старалась как могла быстро ступать по влажной раскиселенной грязи, чуть чавкая при каждом шаге босыми ступнями, что не скрывалось от слуха барса.
«Слава богу, она ушла... Она будет в безопасности, как бы не сложилась моя судьба».
- Не дергайся, серебряные путы тебе не прорвать. Зачем ты бежал от меня сюда? Столько сложностей, ведь мог подчиниться еще дома, в Европе. Заставил за собой охотиться.
Вампир перед оборотнем, казалось, был настолько молодым: миловидное, почти детское лицо, трогательная юношеская припухлость щек, длинные ресницы и нескладная фигура не оформившегося мужчины. Но ирбис чувствовал силу, первому восприятию невозможно было доверять. Бальтазар четко знал, перед ним самый опасный из всех вампиров, что он видел до этого. Зверь ощетинился и с пеной у рта бросился на сковывающие его цепи, но тщетно.