— Молчи! Молчи! — отчаянно закричал внутри какой-то невидимый голос. — Молчи!!!
Да что это я! — с досадой подумал Черновский. — Нервы… Не время отступать! Обдумано же всё уже тыщу раз…
— О! — театрально воскликнул он и хлопнул руками по рулю. — Исчезли! Ножницы исчезли! А…
А у тебя? — хотел поинтересоваться он у Ксюши, но в этот самый момент мирно катившийся до этого впереди по обочине велосипедист внезапно затеял какой-то сложный манёвр, оказавшись через мгновенье чуть ли не посередине дороги, и, чтобы избежать столкновения, Черновский вынужден был резко затормозить, так что машина почти остановилась.
Черновский похолодел. Еще ничего не успев понять, но уже почувствовав, что случилось что-то непоправимое, он кинул быстрый взгляд вправо и увидел искаженное красивое лицо жены и злое торжество в ее застывших, неестественно-широко раскрытых глазах, с огромными посиневшими зрачками посередине.
Черновский вдруг сообразил, кого она ему всё это время напоминала.
Ведьма! — в ужасе задохнулся он. — Панночка!! Гоголь!
В следующую секунду что-то больно кольнуло его в сердце, и он, ткнувшись лицом в руль, начал плавно заваливаться влево. Машина вильнула и медленно выкатилась на встречную полосу. Страшный удар мчавшегося на полной скорости КАМАЗа тут же отбросил ее назад.
Сидевшая на месте пассажира Ксения (куда и пришел основной удар) умерла сразу. Черновский, когда приехала «Скорая», был еще жив.
Услышав, что лежащий на носилках человек что-то шепчет, врач наклонил к нему голову.
— Ведьма… — с трудом разобрал он. — Полячка… Панночка… Ве-едь-ма…
Человек всхлипнул и вытянулся.
— Всё! — кивнул врач шоферу и натянул на лицо лежащего простыню. — Можешь не торопиться. Жмурика везем.
__________
И спросил у Люцифера Его Сын:
— Сказано: не мечите бисер перед свиньями. Если Бог любит всех, то кто же такие свиньи?
И ответил, усмехнувшись, Люцифер своему Сыну:
— Да. Вот именно! Кто же свиньи у всемилостивого и любящего всех Бога?
День 29-й
РАЗГОВОР
И настал двадцать девятый день.
И сказал Люцифер:
— Люди склонны к излишнему оптимизму. «Человек может всё преодолеть!.. Нет безвыходных положений!..» и пр. и пр. Всё это не более, чем иллюзии. Сплошь и рядом случаются обстоятельства, справиться с которыми человеку попросту невозможно. Как бы он не был силён, смел и уверен в себе.
Да! Выход есть всегда. Но какой! Зачастую бывает так, что как бы ты ни поступил, то всё равно в итоге будешь потом раскаиваться.
Игорю Березенко не спалось. Сокамерники давно уже уснули, а он всё ворочался и ворочался на своей шконке. Сегодняшний разговор на прогулке не шел у него из головы.
Игорь прокручивал его в лицах снова и сова.
Беседовали в основном трое. Костя, Дима и Сергей. Сам Игорь лишь слушал да поддакивал. Просто из вежливости, чтобы из разговора не выпасть. Вообще-то в камере их было пятеро, был и еще один Сергей, но он сегодня на прогулку не пошел.
Дворик попался плохой, маленький совсем, ходить было особо негде, поэтому-то все эти разговоры дурацкие и начались. Черт бы их побрал!! А чего еще делать? Стой да болтай.
Собственно, тема жён считается в тюрьме не то, чтобы запретной, но обычно все как-то инстинктивно ее избегают, слишком уж она для всех болезненна, а тут как прорвало!
Черт бы их всех побрал! — снова со злобой выругался Березенко. — И на хуй я вообще на эту прогулку блядскую попёрся!! Хотел же в хате остаться! Нет!.. «Пойдем!» да «пойдем!» «Свежий воздух!..» Пошёл, блядь! Подышал. Ебучие рога!!
Начал Костя. Стройный, веселый, спортивный парень, под два метра ростом. Бывший какой-то там суперэлитный спецназовец; потом «личник» — личный охранник у всяких там богатеньких буратино; потом — владелец ночного клуба в одном из маленьких подмосковных городов.