Полина проснулась среди ночи. Глаза ее были мокры от слез. Она безуспешно пыталась вспомнить его лицо… голос… хоть что-нибудь! но ничего не получалось. Только общее впечатление.
Какое-то огромное, неземное счастье, блаженство… ощущение чего-то светлого, чистого, возвышенного… чего-то безудержно, безумно, ослепительно прекрасного!.. того, что она искала неосознанно всю жизнь, но так в итоге и не нашла. О чем мечталось, грезилось когда-то в юности, в молодости, да и потом!.. позже… Сначала часто, потом всё реже и реже… Пока и вовсе не забылось. Пока не засосало всё серое, вязкое безнадежное болото повседневности. Рутины. Быта.
Все эти глупые, розовые, девичьи мечтанья!.. О великой любви, о НЕМ!.. Чутком, умном, прекрасном. Всё понимающим… Глупые, детские, наивные, бесплодные и неопределенные и так, как правило, никогда ничем потом и не кончающиеся.
Да и чем они могут «кончится»? «Потом» наступает зрелость. Пора прощания с грёзами. Время выхода замуж. Годы идут. Подружки вон все уже повыскакивали! А ты так в старых девах и сиди. Кисни. «Мечтай»!..
Психологически сложно, родители постоянно пилят… Да и вообще, сказки всё это! «Мечты о прекрасном принце». Нет на свете никаких принцев! Васька вот есть, Колька, Петька… И по улицам еще миллионы таких же точно петек бродят. Как с одного и того же конвейера сошедших. Одинаковые мысли, одинаковые вкусы, одинаковые слова… Вот они — есть. А принцев нет. Да и не было никогда. Принцы, они ведь только в сказках встречаются. Да и то не часто. А в жизни!..
И вот теперь такой именно принц и приснился вдруг Полине. Волшебный! Добрый. Прекрасный. Сказочный!
Наверное, случайно в сон к ней из своей сказки залетел. Да так в нем и остался. Задержался… На время… С ней!..
Нет, даже не то… Не принц… — Полина сладко и томно потянулась, почувствовав, что ее недавние, только что испытанные и пережитые во сне ощущения снова оживают в памяти… в теле…
Принц — это всё же нечто чужое. Внешнее. Что-то незнакомое. А это… это… это было своё, родное! Это словно была она сама!! Какая-то часть ее души. Её другая часть. Ее вторая половинка. С которой она так в этой жизни пока до сих пор и не встретилась.
Полина вдруг неожиданно вспомнила, что она слышала ведь что-то такое!.. Подобное… Сегодня, по телевизору… Андрогин… две половинки души… Да-да! Точно.
Она поколебалась секунду, потом решительно начала расталкивать мужа.
— Коль!.. Коль!..
— А?.. что?.. — услышала она в темноте его сонный голос. — Что случилось?
— Ты вот сегодня передачу по телевизору смотрел. Про две половинки души. Что это такое?
— Какие «половинки»?.. — муж спросонья ничего не понимал.
— Ну, по телевизору говорили: две половинки души. Что это такое? Можешь ты мне объяснить?! — уже с металлом в голосе повторила свой вопрос Полина.
Муж немного помолчал, собираясь с мыслями, потом вздохнул и начал покорно «объяснять», так и не решившись выразить свое неудовольствие по поводу того, что его разбудили из-за подобной чепухи среди ночи.
— Согласно некоторым мифам, Душа при рождении разделяется на две половинки, мужскую и женскую. И они всю жизнь ищут потом друг друга, чтобы соединиться и снова обрести Единство. Тебя это интересует?
— А что там еще про романы какие-то говорили? В этой передаче? — нетерпеливо поинтересовалась Полина.
— А-а… ну да-а-а… — слышно было, как муж зевнул. — Так называемые «старинные» романы, которые в англоязычной критике именуются специальным словом — «romance». Сюжетным средоточием орфически трактованного дионисийского действа таких романов была Священная свадьба, обставленная — в процессе развертывания мифа в романтический сюжет — такими мотивами, как случайная встреча будущих влюбленных в многолюдном месте, мгновенное ослепление предметов любви, испытание чистоты их помыслов, приключения, связанные с плаванием по бурным морям и с посещением потустороннего мира, разлучение и финальная встреча — воссоединение, непременно включающая в себя мотив «узнавания» — прозрения…
Муж опять протяжно зевнул.
— Ладно, спи, — смилостивилась наконец Полина.
Муж сразу же перевернулся на другой бок и, судя по всему, мгновенно заснул. Через секунду до Полины донеслось его ровное посапывание.
Она попыталась осмыслить то, что только что услышала.
Случайная встреча… ослепление!.. потом разлука… воссоединение… узнавание…
Будет у меня всё это? — с легкой грустью подумала она. — «Воссоединение — узнавание»?.. Нет, наверное… Вряд ли… У меня еще и «встречи»-то не было… А мне уже…