— По-моему, дорогая, это ты мне снишься! — всё ещё тяжело дыша, чуть было не расхохотался в ответ Юртаев, но посмотрел на женщину и замер.
Смех застрял у него в горле. Он ясно видел её лицо… глаза, брови… каждую складочку, каждую впадинку, каждую морщинку… Даже маленькие капельки пота над верхней губой! Он не выдержал, смахнул их указательным пальцем и затем быстро лизнул его.
Солоноватый!.. Чёрт! Это вообще сон!? Разве во сне чувствуют вкус? И запах!
Он принюхался. От женщины отчётливо пахло дорогими духами. Юртаеву стало почему-то жутко.
Чёрт!!
Ему опять припомнилась та чудовищная дьявольская лестница, по которой он сюда спускался. И тот мрачный, враждебный город, который притаился снаружи, вокруг, за дверью, за окнами. Где он?! В аду? В другом мире? На другой планете? Почему здесь каждую ночь оказывается? С некоторых пор, когда неистовство и безумие первых встреч несколько схлынули и поутихли, багровый дурман похоти чуть-чуть рассеялся, все эти вопросы подспудно зашевелились в его душе.
Но до поры до времени он просто гнал их себе и всячески от них отмахивался. Ему казалось отчего-то, что лучше об этом не думать. Не заглядывать в бездну! Он помнил прекрасно, чем это всегда кончалось для него при спуске по той странной, кошмарной лестнице.
И вот теперь отмахиваться и дальше стало невозможным. Бездна сама заглянула в него. Снова, как и тогда, на лестнице. Она стремительно летела, росла, надвигалась на него из тьмы, из ледяной пустоты. Всё ближе, ближе…У-у-ва! Всё!! Она уже тут, рядом.
— Ты мне снишься? — настойчиво повторила женщина. Она явно ждала ответа.
Юртаев незаметно перевёл дыхание. Ему было не по себе. Он и сам не знал, чего он, собственно, боится? — это же всего лишь его сон! — но ему было страшно. Очень страшно. Он чувствовал себя как трамвайный заяц, которого наконец-то попросили предъявить билет.
Как он здесь оказался, в этой сказочной квартире? Вообще в этом мире!!? По лестнице спустился? Что здесь делает, в этой роскошной постели, с этой роскошной женщиной? Целую неделю уже, кстати!.. Что-о-о!?.. Как не демон!!?? Так Вы самозванец, милостивый государь!? В пыточную его!!!
— Послушай, — осторожно начал Юртаев и смущённо покашлял. — Вообще-то я так полагаю, что это ты мне снишься…
На самом деле он уже вообще ничего не "полагал" и ни в чём не был уверен. Даже в том, сон ли это вообще, и, если всё-таки сон, то кто из них кому снится. По крайней мере, если это и сон, то весьма необычный. Он опять вспомнил ту лестницу и поёжился. Но, с другой стороны, а что он должен был делать? Когда уже здесь, в этой спальне оказался? Да и она сама же была не против! Если только, конечно, за кого-то другого его по ошибке не приняла. Странно, вообще-то, она как-то на него тогда смотрела… Удивлённо… А-а, чёрт!
— Я ничего не понимаю! — растерянно проговорила женщина, беспомощно глядя на Юртаева. — Я никогда раньше не видела таких снов. Как будто это всё на самом деле происходит…
То, что она вела себя совсем неагрессивно, несколько ободрило Юртаева, и он почувствовал себя чуть уверенней.
— Видишь ли… — он запнулся, не зная, стоит ли спрашивать её имя. Есть ли вообще у сновидений имена? — Э-э… Видишь ли…
Юртаев замялся, лихорадочно соображая, что говорить. Правду? Или, может, лучше соврать что-нибудь? Просто на всякий пожарный. Ничего же ещё не ясно. Лестница-то ведь была! город этот сатанинский за окнами… Кто она, эта его сказочная любовница?! Может, монстр какой-нибудь? Раз живёт в этом городе. Больное порождение его подсознания? Как в "Солярисе". Сейчас неагрессивна, а через минуту набросится. Или просто из квартиры его выгонит.
Перспектива снова оказаться на улице вызвала у Юртаева приступ прямо-таки тошнотворного ужаса. Сейчас он не понимал даже, как он вообще сюда добрался!
— Видишь ли… Прости, а как тебя зовут? — неожиданно для себя самого решился вдруг он.
— Альбина…
— (Ну, и имечко! — мелькнуло в голове у Юртаева. — Это что, тоже моё подсознание так работает? Ну, уж нет! Не может такого быть! Я такого имени никогда раньше и не слышал даже! Как же это сокращённо-то будет? "Альба"?.. "Аля"?.. Гм… Да нет, наверное… Никак, получается… Так и будет: Альбина.)
Видишь ли, Альбина… — Юртаев опять замолчал, мучительно подыскивая слова. — Э-э… Н-да… Вот… Видишь ли… Слушай, так ты говоришь, я тоже тебе снюсь!? — внезапно сообразил он. (Чёрт!! "Тоже"!" — тут же проклял он себя.)
— Естественно! — пожала плечами женщина. Оговорки Юртаева она, похоже, к счастью, просто не заметила. — Я ложусь в кровать, засыпаю и оказываюсь здесь. Рядом с тобой, — после паузы добавила она, кинув быстрый взгляд на Юртаева.