Во-вторых, я не знаю возможностей твоего мужа. Может, он и сам всё сможет отследить. Куда они с его счетов ушли.
Подожди, подожди! — поднял он руку, видя, что девушка хочет что-то сказать. — Не надо меня убеждать, что это невозможно. Всё возможно. Я не специалист, ты тем более, так что мы и предположить не можем, каким образом нас можно вычислить. Но я думаю, что при желании можно. Было бы желание. По крайней мере, такая опасность существует, и глупо её игнорировать и от неё отмахиваться.
И, наконец, в-третьих, — он остановился и взглянул девушке прямо в глаза, — я просто не хочу. Это нехорошо.
— Что нехорошо? — холодно поинтересовалась девушка. Губы у неё сжались в узкую полоску, лицо застыло.
— Деньги у мужа воровать нехорошо, — нехотя пояснил Юртаев и отвёл глаза.
— Ах, во-от как!.. — в притворном изумлении всплеснула руками Альбина и зло захохотала. — Ну на-адо же! Скажите пожалуйста, какие мы вдруг сразу стали честные и благородные, когда жареным запахло! "Деньги у мужа воровать нехорошо"!.. А жену его трахать хорошо? Это как!? А?
— Послушай, Альбина!.. — начал было взбешённый Юртаев.
— Нет, это ты послушай!! — тут же перебила его девушка. — В общем так! Если ты!.. — внезапно она остановилась на полуслове. На лице её отразилась чудовищная внутренняя борьба, но, видно, нервы у девочки были стальные. Не прошло и полминуты, как она полностью успокоилась, взяла себя в руки и заговорила уже совсем другим тоном. — Ладно, Вить, ну, чего мы, в самом деле, ссоримся с тобой как дети! Конечно, ты прав. Риск есть. И миллиона тут мало. Три! Три миллиона долларов.
— Да не надо мне ничего! — в испуге закричал Юртаев.
— Пять!
— Нет!
— Десять.
— Что? — Юртаев во все глаза смотрел на девушку, пытаясь понять, не шутит ли она. Десять миллионов!? Он не ослышался?
— Десять миллионов долларов, — спокойно подтвердила девушка. — Сам подумай, какие это деньги. Соглашайся! Ради них и рискнуть стоит. А то знаешь ведь пословицу: кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Такой шанс только раз в тыщу лет бывает. Упустишь сейчас и будешь потом всю жизнь каяться. На чужого дядю горбатиться за пятьсот баксов в месяц да локти кусать. Какой же я дурак был! Удача сама в руки плыла.
— Двадцать пять — и договорились! — развязно предложил Юртаев, удивляясь собственной наглости. Он и сам не знал, чего он сейчас больше хочет: чтобы она согласилась или отказалась. — Пополам. Поровну. Всё справедливо.
— Чёрт с тобой! — устало махнула рукой Альбина. — Всё равно у меня других вариантов нет, — она посмотрела на притихшего, сидящего с открытым ртом Юртаева и цинично усмехнулась. — А теперь иди и трахни меня как следует, как ты умеешь! На двадцать пять миллионов долларов!
Всё! Дело сделано, — Юртаев убедился, что последний платёж прошёл, убрал руки с клавиатуры и качнулся пару раз в кресле. — Да-а… Вот я и миллионер.
На душе было пасмурно. Тяжело как-то. Как будто он совершил только что какую-то непоправимую ошибку.
Да ладно! — попытался он подбодрить сам себя. — Чего я раскис? Как баба. 25 миллионов! Естественно, риск есть. А кто обещал, что будет легко?! Прорвёмся!
Вообще-то, говоря Альбине, что "он в этой области не специалист", Юртаев слегка лукавил. Как раз именно в этой-то области он и был специалистом. Как замести следы, сделать так, чтобы тебя не вычислили, он прекрасно знал. Именно поэтому-то на всё это и подписался.
И как обналичить эти бабки у него варианты тоже были. Через Прибалтику там… ну, в общем, можно было. За проценты, естественно, не без этого, ну да тут уж чего считать! Главное, что варианты были, причём хорошие, надёжные. И появились-то недавно, вот что удивительно! Как с неба свалились.
Словом, всё как нарочно складывалось просто максимально благоприятно. Это-то Юртаеву больше всего и не нравилось. Его как будто за руку вели и подталкивали: возьми! возьми!
Н-да… Было ведь ещё и четвёртая причина, которую он Альбине не назвал, когда от миллионов своих отказывался. А она-то, между тем, и была самая главная и пугала Юртаева больше всего. Больше всех трёх остальных, вместе взятых.
Это отравленные деньги!! Проклятые! Они не принесут счастья!
Его же явно искушали: лестница — город — Альбина — и он поддался. Знал и всё равно поддался! Не устоял. 25 миллионов, чёрт подери!! Как тут устоишь! А вдруг пронесёт!? Выкручусь как-нибудь! Где наша не пропадала!
Теперь оставалось только ждать. Ждать, что будет дальше. Пронесёт или нет.