Тронев открыл дверь и улыбнулся, увидев на пороге Машу. Маша улыбнулась ему в ответ и шагнула вперёд. В то же мгновенье стоявший у лифта молодой парень рванулся вдруг к девушке и, сильно толкнув её в спину, тоже ворвался вслед за ней в квартиру. Откуда-то сбоку мгновенно выскочили ещё четверо.
Тронев не успел даже ничего понять, как квартира его оказалась заполнена людьми. Пятеро крепких молодых ребят довольно мрачного вида окружали теперь его и Машу.
— Где картина!!?? — заорал один из них в лицо Троневу и, видя, что тот в ответ только недоумённо хлопает глазами, сильно ударил его в живот.
— Та-ам!.. — прохрипел, согнувшись пополам, совершенно ошалевший Тронев, указывая рукой в сторону комнаты и судорожно хватая ртом воздух.
— Быстро, быстро!.. Шевелись! — незваные гости тычками заставили Тронева почти бегом проследовать в комнату. Следом потащили слабо упиравшуюся Машу. Девушка, похоже, тоже находилась пока в шоке и ничего ещё толком не соображала. — Ну, где!?.. Показывай! Живо!
— Вот… — Тронев с трудом ткнул дрожащей рукой на стоявшую у стены картину.
— Ага!.. — все пятеро застыли, уставясь на холст. — Ну что, братья, берём?
"Братья"?! — молнией сверкнуло в голове у Тронева. — Господи, это сектанты! Так это правда!?..
Последнее время ему постоянно звонили какие-то странные личности и угрожали. В ящик тоже время от времени письма подбрасывали с проклятиями и угрозами. Естественно, всё насчёт картины. Какие-то то ли "Братья во Христе", то ли "Братство во Христе"… секта, в общем, какая-то. Непонятно, откуда они о ней вообще пронюхали. О картине. Выставок-то он никаких не делал ведь публичных. Только собирался. Впрочем, у него тут постоянно на квартире люди разные тусовались, и картину он многим показывал, так что, чего удивляться…
Но он полагал, что это просто шутка чья-то дурацкая, каких-нибудь завистников или конкурентов. Какие там ещё “сектанты”! Ну, скинхеды или просто обычные бандиты — ещё понятно. Но сектанты?! В наше время? Они же неагрессивные!? Молятся, там, себе… Песенки разные поют… Псалмы…
"Неагрессивные"!.. (Живот болел нестерпимо.) А чего им от меня надо-то было?.. — лихорадочно стал вспоминать Тронев. — "Автор такой сатанинской картины недостоин жить на земле! И возмездие не заставит себя долго ждать! Оно неотвратимо!" — тут же припомнились ему строки из последнего письма. — Ёбаный в рот! Не убивать же они меня, в самом деле, пришли?!.. Не может быть!!
Он повнимательнее посмотрел на своих непрошеных гостей.
Зомби какие-то! Не эмоций, ничего! Стоят вокруг картины и тупо на неё таращатся. Даже между собой не переговариваются. Как неживые. Братцы, блядь! По разуму.
Один сектант вдруг посмотрел на замершую Машу, толкнул локтём другого, вероятно, старшего и, молча переглянувшись с ним, указал глазами на девушку. Тот тоже повнимательнее вгляделся в неё. Глаза его широко раскрылись. Он перевёл взгляд на картину… потом опять на девушку…
Узнали!.. — с замиранием сердца понял Тронев.
— Ведьма! — с ненавистью выдохнул старший сектант, широко размахнулся и изо всех сил ударил девушку по лицу. Та вскрикнула и отлетела в угол комнаты.
В ту же секунду Тронев метнулся в противоположный угол, и прежде чем кто-либо успел его остановить и вообще понять, что происходит, быстро выхватил там что-то из стоявшей на полу коробки и сделал руками какое-то короткое движение.
— Тише, уроды! — негромко, сквозь зубы процедил он, видя, что опомнившиеся наконец сектанты дёрнулись было к нему, и показал правую руку с зажатой в ней гранатой. Сектанты замерли. –
Знаете, что это такое? Граната Ф1. Осколочного действия. В просторечии, лимонка. Радиус поражения 200 м. (Троневу невольно припомнился мрачный и вечно то ли пьяный, то ли обдолбанный чем-то Витька Конев. Бывший афганец. Сующий ему насильно эту гранату. "Зачем она мне?" — удивлённо отпихивается Тронев. — "Пригодится!" Вот и "пригодилась".)
А это знаете, что? — он разжал кулак левой руки —
Колечко. От этой самой гранаты. Вот если я сейчас правую ручку разожму, через 4 секунды в этой комнате никого в живых не останется, — он подошёл к окну и выкинул кольцо в форточку. —
Всё ясно? Так что ведите себя спокойно и не дёргайтесь, — он пошёл прямо на расступившихся перед ним сектантов, закрыл дверь комнаты и небрежно прислонился к ней спиной. —