— Хватит паясничать! — с плохо скрываемой досадой бросил Лямин. — Оставь ты этот свой балаганный тон! Отвечай мне просто — и всё!
— Хорошо, — голос был теперь сама воплощённая корректность.
В этой его утрированной, чрезмерно утончённой вежливости Лямину почудилось просто какая-то новая, ещё более изощрённая, скрытая насмешка. Высшего существо над низшим. Простым смертным. Но он решил не поддаваться на все эти провокации, держаться по возможности спокойно и постараться всего лишь получить поскорее всю нужную ему информацию. В максимально полном объёме.
— Так вот! — Лямин опять помедлил, раздумывая. — Во-первых, я хочу, чтобы ты мне заранее сообщал не только мой ближайший шаг, а всю последовательность действий, ведущих к достижению цели. Чтобы не получилось: поверни направо, поверни налево, а теперь убей охранника. И отступать уже поздно, потому что он тебя уже увидел и сам за пистолетом полез! А знай я заранее, что так всё повернётся и придётся кого-то убивать, я бы вообще на всё это подписываться не стал! По крайней мере, подумал бы сто раз. Вот, чтобы этого не было.
— Хорошо, — кротко согласился голос.
— Во-вторых… во-вторых… — Лямин забыл уже, чего там у него было во-вторых. Пока пункт первый излагал. — А, да!.. Можешь ты меня предупреждать о возможных последствиях моих поступков? О которых я и сам могу не знать или не догадываться. Скажем, что эта тёлка — жена босса мафии и тому подобное.
— О таких простейших — могу, — коротко заметил голос. — Что жена босса мафии. А более сложные просчитать не всегда возможно.
Лямин еле сдержался, чтобы не выругаться. Ему показалось почему-то, что собеседник его явно лукавит и чего-то недоговаривает, но деваться было некуда.
— Ладно, — вздохнул он. — И наконец, в-третьих. Я хочу знать, нет там никаких дополнительных условий или ограничений? О которых ты просто сейчас умалчиваешь? Скажем, если я не выполню какой-то твой совет, наш договор теряет силу. Или нельзя ставить последующие цели, не достигнув предыдущих; нельзя отменять свои желания и тому подобное. Ну, нет ничего такого?..
— Нет, — лаконично ответил голос. — Ничего такого нет. Никаких ограничений. И никаких подвохов. Осмелюсь напомнить только, что никаких договоров у нас с тобой нет. Я тебе просто помогаю, и всё. Не требуя ничего взамен и не ставя тебе никаких условий.
— И значит, в любой момент можешь уйти и бросить меня на произвол судьбы, — нервно усмехнулся Лямин.
— Да, — подтвердил голос.
— И, конечно же, сделаешь это?
— Нет. Не сделаю.
— Почему?
— Нипочему. Прими это просто как факт.
— Послушай! — взорвался Лямин. — Можем мы с тобой по-человечески общаться!? Как нормальные люди? Чего ты из одной крайности в другую бросаешься? То кривляешься и остришь без конца, где надо и не надо; то сл_О_ва из тебя клещами не вытянешь! Меня это всё напрягает!! Дискомфорт создаёт. Душевный. Давай с тобой нормальные отношения наконец установим! Дружеские. Тебе же это самому для чистоты эксперимента нужно. Чтобы жертва сопротивлялась. И проиграла, будучи физически и психически здорова, находясь в отличной форме, в ясном уме и твёрдой памяти. Или трезвой, как там правильно?.. Ну, словом, во всеоружии? Просто, как ты говоришь, в силу естественного хода вещей.
А то, что это за интерес меня губить, если у меня депресняк постоянный?! И я лишний раз к тебе уже обращаться боюсь!
— Ладно, ладно, убедил! — расхохотался голос. — O'key, o'key, договорились! Считай, что мы друзья. Самые близкие. Какие только могут быть. А ещё лучше считай, что я — это вообще ты. Твоё второе я. Которого можно не стесняться и доверять всё самое сокровенное. Тем более, что я и так всё знаю. («Зачем же тогда доверять?» — хотел сказать Лямин, но промолчал.)
И вот тебе мой первый дружеский совет. Старайся находиться со мной как можно больше. Лучше всего всегда. Даже в самые интимные моменты. Не отсылай меня. Чтоб я был полностью в курсе ситуации. Всего, с тобой происходящего. А интимность… стыд… — чушь всё это! За пару дней привыкнешь, уверяю тебя. И даже внимания обращать не будешь. Это всё ерунда!
— Ну, хорошо!.. — с некоторым сомнением протянул Лямин. — Насчёт интима я подумаю, сам понимаешь… так сразу!.. — а насчёт всего остального — ладно! Пусть будет так. Находись всегда при мне. Наверное, так и впрямь будет лучше.
— Вот и славненько! — бодро подытожил голос. — Приятно иметь дело с разумным человеком. Так какие у тебя будут пожелания?
— Послушай, я, кажется, начинаю понимать, что ты имел в виду, — Лямин залпом опрокинул рюмку водки, шумно втянул ноздрями воздух и, не закусывая, налил ещё