Водка на пустой желудок подействовала изумительно. Мир вокруг сразу же стал добрым и тёплым.
Ну, ладно! — Дронов, чуть покачиваясь, вернулся в комнату, с размаху плюхнулся в кресло и задрал на стол ноги. — Успокоились — теперь можно и подумать. Вопрос намбер ван. Кто это был? — Дронов ощутил неприятный холодок между лопаток и остро пожалел, что у него больше нет водки. — Дьявол это был, вот кто! — помедлив, всё же признался он себе и тут же пугливо оглянулся, как будто кто-то мог подслушать эти его мысли. — Сатана! Вельзевул. Архивраг, — с каждым новым, приходящим на ум, именем своего недавнего посетителя Дронову становилось всё страшнее и страшнее. Он словно воочию видел, как под ногами его разверзалась пылающая бездна. — Но почему!!?? Кто я такой?! Что ему от меня надо? — Дронов почувствовал, что его начинает колотить нервная дрожь. — Я какая-то жалкая, несчастная букашка, тля, один из миллионов и миллиардов себе подобных, и ко мне явился сам Люцифер, сам Повелитель Тьмы! Зачем я Ему?!
Дронов не знал ответов на все эти свои "зачем" и "почему", да в глубине души и не хотел их знать. Он не без оснований подозревал, что истина окажется слишком уж ужасной. "Зачем я ему нужен?"!.. Зачем дьяволу может понадобиться человек?.. Лучше вообще об этом не думать!! Но не думать было невозможно.
За-чем?!.. За-чем?!.. За-чем?!.. — кузнечным молотом бухало в голове. — За?! — чем?!
Да что это со мной!? — опомнился внезапно Дронов. — Это меня он, лукавый морочит! Какая разница "зачем"? Да и всё равно мне этого никогда не узнать. Так что чего над этим и голову ломать?! Что делать!!?? Вот вопрос вопросов! Делать-то мне теперь что?! Вот что надо наконец решить!
Как всё переменилось! — неожиданно пришло ему на ум, и он горестно усмехнулся. Ещё какой-то час назад я сам хотел уйти из жизни, страстно желал этого, а сейчас…
Сейчас даже самая мысль о смерти вызывала у бедного Дронова неописуемый ужас. Он вспоминал то своё ощущение… Когда он побывал фактически в царстве мертвых…
Нет! Не-ет!! Не-е-ет!!! Я не хочу!.. Я не хочу туда!.. Я не хочу умирать!!.. Не-е-е-ет!!!..
А ведь он же мне, в сущности, доброе дело сделал, — вдруг осознал, всё ещё содрогаясь, Дронов. — Дьвол!! Доброе дело!.. Он меня не просто спас, а ещё и к тому же вкус к жизни мне вернул, что гораздо важнее. И что только Ему одному, наверное, и по силам. Ну, кроме разве что самого Господа Бога. Но Бог далеко. И он такими мелочами, похоже, не занимается. Свобода воли, мать её за ногу! Хочешь стреляться — стреляйся. Мешать никто не будет. Где же это, интересно, мой ангел-хранитель был грёбаный, когда я пистолетик себе к виску подносил? Скорбно наблюдал? Со стороны? — Дронов грязно выругался и сплюнул. Потом, гримасничая, выругался ещё злее и сплюнул снова, теперь уже через правое плечо. — Вот тебе! Получай! Вали отсюда!! Пиздуй!.. Уёбывай! Тварь порхатая. Толку от тебя!.. Чтоб ты сдох в этом своём раю!! Мразь!
Мысль, что, а ведь действительно, значит, есть!.. на самом деле!.. Этот ангел-хранитель, раз Сатана существует, никакие это не сказки!.. и что всё это он сейчас ведь видит и слушает, все эти богохульства и святотатства! — вызывала не страх, а наоборот, какое-то злорадное удовлетворение.
Да пошёл ты!!.. Давай-давай!.. Слушай-слушай! Что, нравится?..
Дронов испытывал какое-то восхитительное чувство свободы. От всего! От всех и вся. От всех ангелов на свете! Он словно с цепи сорвался. В буквальном смысле этого слова. И как дворовый пёс, носился теперь, ошалев, по улицам, ещё не зная, что он через миг сделает.
Ему хотелось любить, страдать, совершать глупости!.. Наслаждаться жизнью! Жить, жить, жить!..
"В любой момент!" — будто ледяной водой окатило неожиданно его, и он мгновенно отрезвился.
Да, в любой момент. Дьявол подарил мне жизнь, но он же может в любой момент её и забрать. Сегодня. Завтра. Вчера. Когда захочет! В любой момент.
Дронов опять ощутил быстро надвигающуюся панику. Переход от эйфории восторгов к жестоким реалиям действительности был слишком резким и болезненным.
Спокойнее!.. — прикрикнул он на себя. — Спокойнее!.. Думай!.. Думай, думай! Истериками тут делу не поможешь.
Так!.. — он нарочито-неторопливо снял со стола ноги и выпрямился в кресле. — Давай рассуждать логично. Может, конечно, ничего мне это и не даст, у… — Дронов поперхнулся, — у Сатаны логика, может быть, совсем другая, нечеловеческая, но это всё, что я могу в данный ситуации сделать. Других инструментов, кроме логики, в моём распоряжении нет.
Итак, — он переменил позу, устраиваясь поудобнее, — что мы имеем?
Он…
(Дронов решил про себя называть своего давешнего собеседника впредь просто "Он". С большой буквы. Даже в мыслях. Сатана, Вельзевул и прочее ему как-то не выговаривалось. Язык прямо не поворачивался. А так — Он и Он. Спокойнее! Глупости, конечно, ребячество, но — спокойнее.)