— Да ничего особенного, — пожал плечами мужчина. — Несколько чисто ритуальных действий. Инициирующих программу выхода. Заклинания там всякие произнести… с бубном поплясать!.. Ну, сами знаете!.. Впрочем, если хотите, я могу просто вывести программу на терминал. Пообщайтесь с ней в режиме реального времени, ответите на несколько стандартных вопросов — вот и всё.
— Скажите… — Дубинский на мгновенье замялся. — Я даже не знаю, как бы это поточнее сформулировать… — он всё мялся не решаясь продолжать. Мужчина ободряюще ему улыбнулся. — Поймите меня только правильно!.. Как-то Вы не очень похожи на хранителя… То бишь стража! — торопливо поправился он. — Вы так иронически обо всём отзываетесь!.. Такое впечатление, что Вы вообще не из этой игры… Кто Вы?
Мужчина, не отвечал, смотрел на Дубинского в упор.
— Вы же не это хотели спросить, а, Вячеслав Андреевич?.. — наконец медленно произнёс он. — Спрашивайте.
Дубинский почувствовал, что у него перехватило дыхание.
— Я не хочу с ними расставаться, — хрипло выдохнул он и сглотнул. –
Ну, выведу я их сейчас через эти ворота — и что? Игра закончится, королевство рухнет, и я окажусь дома, за столом с этим дурацким шлемом на голове? «Поздравляем! Вы набрали 1000 очков!» Я не хочу так.
— А чего Вы хотите, Вячеслав Андреевич? — мужчина не отводил глаз от Дубинского.
— Я хочу, чтобы они остались со мной!
— Обе?
— Обе.
— Это невозможно.
Дубинский дёрнулся как от удара и опять с трудом сглотнул. Перед глазами у него всё поплыло. Мир закачался.
— А одна? — еле слышно поинтересовался он.
— Кто именно?
— Н-не зн-наю…
— Значит, одну Вы готовы предать?
— Я не хочу никого предавать!! — истерически закричал Дубинский. — Я просто ищу выход!.. Ищу компромисс!
— Компромисс… — со странной интонацией протянул мужчина, по-прежнему пристально разглядывая Дубинского. — У предательства много подобных кличек…
— Я!.
— Прощайте, Вячеслав Андреевич.
Мужчина исчез. Дубинский некоторое время смотрел, тяжело дыша, на то место, где он только что стоял, потом поискал глазами, куда бы сесть. Ноги его не держали. Внезапно прямо посередине помещения возникли из ниоткуда кресло и стол с дисплеем и клавиатурой.
Дубинский, ничему уже не удивляясь, равнодушно подошёл к креслу и тяжело рухнул в него. В висках стучало. «Одну! Только одну!.. Кого?!..» Он даже не думал, что всё это значит, как это будет выглядеть и пр. и пр. Технические детали его сейчас не интересовали. Его интересовала только проблема выбора.
Кого?! Выбрать… Предпочесть… «Предать"… Кого!!!???
— На нас напали!! — встревоженная Анабель стояла в дверях, не решаясь войти внутрь и с опаской поглядывая на мягко мерцающий экран монитора.
— Кто?! — резко обернулся Дубинский. Он почувствовал, что сердце у него сжалось. Подсознательно он ждал чего-то подобного.
— Все! — мрачно усмехнулась Анабель. — Белые… монстры… все! Такое впечатление, что их здесь всё королевство собралось. Рендел погиб. Кэри и Джи ранены.
— Та-ак!.. — Дубинский покусал губы, пытаясь успокоиться. — А вы с Роа?
— Я пока нормально, — пожала плечами Анабель.
— А Роа?
— А Роа исчезла.
— Исчезла?!.. — Дубинский медленно привстал с кресла. В душе с серебряным звоном рвались какие-то тоненькие струны. — Как исчезла?
— Так! — Анабель взглянула Дубинскому прямо в глаза. — Исчезла — и всё. Её нигде нет. И никто ничего не видел.
— Мне надо ещё пять минут, — безжизненным голосом произнёс Дубинский, кинув беглый взгляд на экран. — Чтобы… открыть ворота. (Он чуть было не сказал: активировать программу.)
— Хорошо, я поняла, — женщина кивнула и повернулась, чтобы выйти.
— Анабель! — негромко окликнул её Дубинский.
— Да? — обернулась та.
— Не умирай, пожалуйста, — тихо попросил Дубинский. — Пожалуйста! Не умирай.
— Ну что?! Как дела?! — Дубинский на секунду оторвался от компьютера. Проклятая программа никак не хотела запускаться!
— Всё замечательно! — Анабель вытерла залитое потом и кровью лицо и с трудом улыбнулась. — Бой был прекрасным! Все погибли. Они умерли как герои и попадут в рай. Осталась я одна.
— Что-о?!.. — Дубинский почувствовал, что губы у него прыгают, а глаза застилают слёзы. — Что-о-о?!.. («Лучше не погибайте!.. Не советую!» — внезапно всплыло в памяти грозное предостережение.) Мне надо ещё полминуты! — с отчаянием глядя на экран, воскликнул он. — Всего полминуты!
— Да, любимый. Не спеши! У тебя будут эти полминуты, — женщина ласково улыбнулась ему, кивнула на прощанье и вышла. Дверь хлопнула. Дубинский даже не успел ничего сказать.