Но он чувствовал в тоже время отчётливо, что не понарошку. Что если он сейчас это сделает!.. В нём словно сломается что-то. Навсегда. Навек. Не он уже это будет! Что-то он потеряет безвозвратно. Что-то такое, что потом уже не найдёшь — никогда.
Чего я как целка ломаюсь, которая в рот берёт, а так не даёт!? — со злобой подумал Веселовский. — Девочку из себя корчит. "Девочку"!.. Чего я тогда вообще сюда припёрся?!
— Так как, Филипп Осипович? — услышал он словно откуда-то издалека, сквозь вату донесшийся до него голос. — Приступим? Вы готовы?
— Да, — хрипло ответил Веселовский и откашлялся. — Готов.
— На колени! — повелительно произнёс мужчина. Он внезапно выпрямился и будто сделался сразу выше ростом, величавее.
Веселовскому показалось даже на мгновенье, что у него нимб какой-то блистающий вокруг головы возник, а за спиной крылья выросли. Чёрные.
Но это был, конечно же, всего лишь обман зрения. Мираж. Не было никакого нимба и крыльев. Н-да. Был обычный человек.
Веселовский судорожно вытер ладонью внезапно вспотевшее лицо.
— На колени! — повторил мужчина.
Веселовский помедлил и шагнул вперёд.
"Поклонись мне — и всё будет твоим! " — отчётливо прозвучало вдруг у него в голове.
— Нет, — прошептал Веселовский и попятился. — Нет! — повторил он чуть громче.
— Нет? — переспросил мужчина. Он смотрел на Веселовского с каким-то странным выражением. Чуть ли не одобрения. Казалось, он нисколько не удивился и не обиделся. — Нет? — через секунду снова спросил он.
— Нет! — твёрдо ответил Веселовский. Он уже овладел собой. — Я не стану этого делать.
Он решительно повернулся и быстро пошёл к выходу.
— Нет! — Веселовский посмотрел прямо в глаза вопросительно глядящей на него жене. — Не стал ничего снимать. (У жены отвалилась челюсть.)… Вот так!.. Не нравится — можешь катиться отсюда! Давай разводиться.
Из дневника Веселовского Ф. О.
Надо же! Сейчас перечитал все эти свои записи… Сколько времени прошло!.. Ч-чёрт его знает! Правильно я тогда поступил?.. Не знаю. Поступил бы я сейчас так же? Зная заранее, чем всё это кончится? Тоже не знаю. Порча… Да, порча… Жизнь у меня, по крайней мере, рухнула. Ни семьи, ни друзей. С работы тоже тогда пришлось уйти. Хрен его знает!
Но вот я сейчас думаю… Если бы я тогда уступил… Поклонился, как в Библии написано. Ну, не дьяволу, конечно, а… Кому?.. Как бы это поточнее… Да не важно кому! Сломался бы, переступил через себя!
Мне кажется, что эта порча тогда сейчас в моей душе была бы. Внутри! Да… Так что пусть уж лучше снаружи. Порча…
__________
И спросил у Люцифера Его Сын:
— Можно ли построить добро на зле?
И ответил, рассмеявшись, Люцифер Своему Сыну:
— Конечно! А на чём же ещё его строить?
Из дневниковых записей различных лет Веселовского Ф. О.
День 112-й
ЗОЛУШКА
И настал сто двенадцатый день.
И сказал Люцифер:
— Да, мир зол. Но ты будь добр!