Так куда они, интересно, все подевались? Весь этот мир? Все эти графы-маркизы, бесстрашные рыцари и прекрасные дамы?.. Прежде всего дамы, конечно. Рыцари-то — пёс с ними! Даже хорошо, что они исчезли. А иначе и от дам их, даже самых распрекрасных, какой прок? — Парин слабо усмехнулся. — Заколют ещё на хуй! Копьём на турнире на каком-нибудь. Рыцарском. За то, что косо, блядь, на его даму посмотрел. Или зарубят, — он поёжился. — Короче, в пи-изду! И рыцарей, и дамов… Ну их!.. Хотя, дамов-то, конечно, можно было бы и оставить, но они, вероятно, без рыцарей не живут. Чахнут. У них, наверное, симбиоз. Как у рака-отшельника с актинией. Друг без друга не могут. И чем бесстрашнее рыцарь, тем прекраснее дама. И наоборот. Чем прекраснее дама… Да-а-а! — Парин зачарованно уставился на небольшую мраморную статуэтку. Обнажённой юной девушки, с мягкой полуулыбкой двумя руками поправляющей себе причёску.
Девушка была прекрасна. Невероятно! Немыслимо. Причём вся! С головы до ног. До самых кончиков пальцев. Каждая чёрточка её точёного лица, каждый изгиб, поворот её неправдоподобно-грациозного и одновременно чувствительного тела. — Да-а-а-а-а!.. — Парин с трудом перевёл дыхание. — Вот у этой… дамы!.. Рыцарь был!.. Кто же, интересно?.. Сам Ахилл?.. Гектор?.. Не меньше! Или нет?!.. Это ещё до рыцарей — древние греки… Да-а-а!..
— Нравится?
Парин вздрогнул и очнулся. Изящный (как и всё тут), несколько старомодно только, как поначалу показалось Парину, одетый мужчина лет сорока смотрел на него и улыбался. Улыбка была открытой и доброжелательной.
Продавец или, может, сам хозяин этого магазинчика… Кто их сейчас разберёт! Всё же частное. Да к тому же во всех этих салонах хозяева, как правило, сами с клиентами общаются… Вроде бы… Не так уж он старомодно, кстати, и одет. Это мне показалось… Это просто стиль у него такой… чуть архаичный, под стать обстановке… — все эти мысли с быстротой молнии промелькнули в голове у Парина за то короткое мгновенье, пока он глядел на мужчину.
— Нравится?.. — всё так же приятно улыбаясь, повторил тот. И, не дожидаясь ответа, добавил:
— Это Галатея.
— Да?.. Интересно… — смешавшись, невнятно пробормотал Парин. Он чувствовал себя смущённым столь явным вниманием такого… — он даже слова подходящего не мог подобрать, какого! — такого… ну, в общем, такого… безукоризненного?.. солидного?.. нет, всё не то, но ладно! — джентльмена такого к своей скромной персоне. Поскольку покупать он ничего не собирался. Всё это наверняка безумно дорого стоило, а он… при его… э-э… умеренной зарплате… Весьма умеренной!.. Короче!!..
— Значит, Галатея… — Парин, не удержавшись, кинул последний восхищённый взгляд на великолепную статуэтку и уже собрался было развернуться и уйти, но хозяин салона неожиданно задержал его.
— Вы помните миф о Галатее? — с искренним, казалось, любопытством поинтересовался он.
— Кхе-кхе!.. — натужно улыбаясь, прокряхтел Парин. — Мифа я, честно говоря, не помню, но, видите ли… — он вздохнул. — Я вряд ли смогу у Вас что-нибудь купить, — он обвёл глазами помещение. — Мне это всё не по карману. Извините! — он уже повернулся, чтобы выйти, как хозяин снова вдруг остановил его.
— А почему Вы думаете, что Вам это не по карману? — спокойно спросил он. — Вы же даже ещё не знаете цену.
— А-а!.. — невесело засмеявшись, шутливо махнул рукой Парин. — Ка!..
— 100 рублей, — перебил его хозяин салона. — Всего 100 рублей.
— Что? — Парин решил, что он ослышался. Это невероятной красоты мраморное чудо стоит всего только какие-то жалкие 100 рублей!? Да нет! Это невозможно. Может быть, долларов? Или евро? А хозяин просто оговорился?.. Да нет! — он уже по-новому, оценивающе взглянул на скульптуру. — Она даже и не 100 долларов стоит! А!..
— Так Вы берёте?
— За 100 рублей? — не поверил Парин.
— Да, — просто кивнул хозяин. — Я же Вам сказал.
Парин некоторое время молча на него смотрел, потом так же молча вынул кошелёк, отсчитал 100 рублей и протянул их хозяину. Он всё ещё не верил. Хозяин не торопясь пересчитал деньги, взял статуэтку, тщательно упаковал её в несколько слоёв плотной бумаги и протянул Парину.
— Пожалуйста!
Парин дрожащими руками бережно принял драгоценный свёрток. Пакет был довольно тяжёлый. Холодная и твёрдая поверхность камня явственно прощупывалась сквозь бумагу. Парин украдкой погладил легонько тело девушки. Всё это было похоже на сон.
— А миф о Галатее Вы всё-таки прочитайте! — негромко сказал на прощанье хозяин. — Обязательно!
Дома Парин первым делом распаковал статуэтку и поставил её на стол. Вблизи она оказалась ещё красивее. В девушке… В Галатее не было не единого изъяна. Это было воплощенное в мраморе совершенство. Идеал. Парин любовался и всё никак не мог налюбоваться.