Совет они прямо держат, Бог и Дьявол, — что с тобой делать, как поступить? Хрена лысого! Да и есть ли они ещё и сами-то — эти Бог и Дьявол — большой вопрос. Может, и нет вообще никого. Одна только равнодушная пустота. Вакуум. Пространство-время, блядь! Материя. И ни хрена больше.
Ни ада, ни рая, ни Бога, ни чёрта! Пиздецы одни. Беды да несчастья, боли да муки! Да лихо одноглазое. По свету шляется. Да на нас постоянно набредает… Горе-горькое…
Мысли привычно заработали. Слова стали сами собой складываться в рифмы.
А-а! чёрт! Где тут у меня ручка была?.. И листок?..
Каменев схватил ручку, придвинул валявшуюся на столе позавчерашнюю газету и быстро, торопясь, на полях, записал:
Бросил ручку и перечитал написанное.
Да… Стихи… Впрочем, блядь, и Волка никакого нет!!! — он в ярости скомкал газету. — И Кощея нет! Ничего вообще нет!! Нет! Ничего!! Вот «беды земные», «боли да муки» — те есть. Это-то — пожалуйста! Это — сколько угодно! А больше — ни хрена. По…
Каменев вздрогнул и вытаращил глаза. Прямо из пустоты перед ним возник вдруг человек. Материализовался. Из ниоткуда. Мужчина лет сорока или около того.
— А!.. А!.. — захрипел Каменев и схватился за горло. Ему не хватало воздуха. — А!.. А!..
Мужчина коротко глянул на него и поморщился. В ту же секунду Каменев полностью успокоился. Пришёл в себя и вновь обрёл способность здраво мыслить и соображать. Он знал, что стоящий перед ним мужчина — это дьявол. Сатана! Но это нисколько не пугало и не удивляло. Он воспринимал это как должное.
— Итак, Петр Сергеевич! — дьявол в образе мужчины снисходительно усмехнулся Каменеву. — Вам сорок лет. Ничего Вы в жизни не добились и никогда уже, по всей видимости, не добьетесь. С женой Вы давно развелись, друзей у Вас нет. С деньжатами негусто, с карьерой тоже перспектив никаких особых не предвидится. Словом, Вы классический неудачник. Ну, или средний человек — это уж как угодно. Хотя у среднего человека семья всё же обычно в Вашем возрасте есть, — дьявол лениво зевнул, небрежно прикрыв рот ладонью. — Впрочем, не важно!
Зато, с другой стороны, у Вас и свои плюсы имеются. Это тоже надо признать. Во-первых, пьёте Вы относительно мало, а во-вторых, стишочки пописываете, — мужчина расхохотался. — Всё, кажется?.. А теперь скажите мне, Петр Сергеевич, почему, на Ваш взгляд, всё так получается? Кто виноват? Почему, к примеру, нет у Вас ни денег, ни семьи? Женщины Вас не любят, на работе затирают? А?.. Вас ведь подобное положение дел далеко не устраивает? Вы глубоко несчастливы, он полупрезрительно-полусочувственно скривил губы. –
Так почему же Вы не измените ситуацию? Денег не заработаете, женщину своей мечты не отыщете? Ну, или хотя бы любовницу себе красивую не заведёте? А ещё лучше, двух? Пока. На первое время! — дьявол скабрезно подмигнул внимательно его слушавшему Каменеву. — Пока ЕЁ искать будете. Единственную и неповторимую, — он вновь игриво подмигнул. За спиной его внезапно возникло массивное чёрное кресло, в которое он преспокойно и уселся. И лишь затем, не торопясь, продолжил. — Короче, почему Вы ничего не делаете? Не пытаетесь ничего в жизни добиться? Тем более, что человек ведь Вы, в сущности, простой, обычный, ничего особенного Вам не нужно. Материальные блага… положение в обществе… Как всем, в общем.
— Как Вы это легко говорите! — с горечью покачал головой Каменев, когда собеседник его наконец замолчал. — «Материальные блага… положение в обществе!..» «Ничего особенного»!.. Ничего себе «ничего особенного»! — он тоскливо хмыкнул. –
Это-то и есть главное! Самое трудное. То, к чему все стремятся. Все этого хотят! Денег и положения. А значит, и конкуренция, соответственно, чудовищная! Надо быть лучше миллионов и миллионов! Да и этого недостаточно. Если у тебя нет никого за спиной… Кто бы тебя двигал… — он вновь уныло хмыкнул. — Никому ты на фиг не нужен со своими талантами! Будь ты хоть семи пядей во лбу!