В этот день Бузунов напился до чёртиков. Просто, чтобы забыться. Но забыться не удавалось. Никак! Таинственный незнакомец не шёл у него из головы. И сам он, и всё, что с ним было связано.
А связано с ним было такое!.. что лучше об этом и не вспоминать. Никогда. Вычеркнуть из жизни! Из памяти. Навек! Раз и навсегда. А-а, дьявол…
Бузунов ведь струсил. Да, да, да! Струсил! Первый раз в жизни. И можно было сколько угодно оправдываться, объяснения самому себе искать, причины разные убедительные… приводить… аргументы… — да что толку?! Что это меняло? Ни-че-го! Ни чёрта это не меняло!! — Бузунов стукнул в ярости кулаком по столу, налил себе полную, до краёв, большую рюмку водки и выпил залпом не закусывая. — Ни-чер-та!..
Себя-то не обманешь! Себе мозги не запудришь. Это другим можно, а себе не-ет! шалишь!.. — Бузунов пьяно захохотал, широко раскачиваясь на стуле, и чуть не смахнул со стула пустую рюмку. — Ша-а-лишь!.. Обосрался! Поздравляю Вас, господин обосрамшись! — он снова расхохотался, едва не свалившись со стула. Никогда ничего, вроде… — и вот, пожалуйста. Всё, что жил — зря! — ему вдруг вспомнились пустые и холодные, ледяные глаза этого своего… сегодняшнего… оппонента, блядь! и его передёрнуло всего. Ему представилось внезапно, что тот и сейчас находится где-то здесь, рядом, в этой комнате! и внимательно и холодно следит за ним, зыркает этими своими… бурлаками.
Свят, свят, свят! — мелко закрестился Бузунов, пугливо озираясь по сторонам. — Да-а!.. — криво усмехаясь, подумал он минуту спустя, когда слегка опомнился. Ему было и стыдно, и противно как-то.
Во чёрт!.. Распустился!.. Нюни распустил… Чистая баба!.. Да-а!.. Вот тебе и эрозия. О которой упырь этот проклятый говорил. В действии! Какую-то частичку души я сегодня уж точно потерял. Навсегда! Унесенную ветром. Да не частичку даже… А целый кусок. Кусище! — он безнадёжно и горько махнул рукой и снова налил себе полную рюмку.
Ночью Бузунову приснился сон. Первый. Из той чудовищной серии, которая за ним последовала. Приснился ему, естественно, тот же самый мужчина. С разговора с которым, собственно, всё началось. Бузунов как-то даже не очень-то и удивился, во сне его увидев. Чего-то подобного он подсознательно и ожидал. Что так просто всё это не кончится. Слишком уж сильное впечатление эта встреча на него произвела. Да и сон этот был словно бы и не сон. Чёрт его знает, что это было! Мистика. Чертовня! Продолжение дня, короче. Полусон-полуявь. Какая-то иная реальность. Иное измерение. Дьявольщина какая-то. Всё, что угодно, в общем, но не сон! Не обычный сон.
Итак, Бузунов, заснув, вдруг с изумлением обнаружил себя сидящим в уютном массивном кресле в какой-то небольшой полутёмной комнате. Перед ним на низеньком столике стояла изящная фарфоровая чашечка с каким-то тёмным дымящимся напитком. Судя по всему, с кофе, как машинально определил для себя ошеломлённый Бузунов.
Напротив сидел… ну, понятно, кто. Только глаза у него здесь, во сне, были самые обычные. Чёрные, живые и весёлые. Вообще во всём облике визави Бузунова не было на сей раз ничего страшного и пугающего. Скорее, наоборот даже. Он с первого взгляда вызывал отчего-то несомненную и явную симпатию. Безотчётную. С ним приятно было сидеть рядом. А тем более общаться.
И чего я его тогда так перепугался? — с удивлением спросил себя Бузунов. — Классный же мужик! Мировой.
«Мировой мужик» дружелюбно посмотрел на притихшего и ещё не пришедшего в себя до конца Бузунова и улыбнулся.
— Ну что, Федор Федорович? Удивлены, наверное? Не пугайтесь! Извините за сегодняшнее, — улыбка его стала слегка виноватой. — Настроение у меня просто сегодня плохое было. Не обращайте внимание! Бывает. Давайте лучше с Вами побеседуем, — он протянул руку и аккуратно взял стоящую перед ним миниатюрную чашечку. Точную копию той, которая стояла и перед самим Бузуновым. –
Угощайтесь, угощайтесь!.. — гостеприимно предложил он молча следившему за ним Бузунову. Тот поколебался немного, но потом всё же тоже взял свою чашку и осторожно отпил из неё глоток. Кофе был замечательный! Вкусный необыкновенно! Ароматный и душистый. И в меру сладкий. Именно такой, как Бузунов и любил. — Нравится? — любезно поинтересовался мужчина. Бузунов кивнул. –
Итак, Федор Федорович, — прихлёбывая неторопливо из своей чашечки, негромко произнёс мужчина и неспешно покосился на Бузунова. — Давайте вернёмся, если Вы не возражаете, к нашему утреннему разговору. Он меня, признаться, чрезвычайно заинтересовал. Напоминаю свой вопрос, — мужчина сделал ещё один глоток. — Великолепный кофе, не правда ли? — похвалил он и прищёлкнул языком. — Прямо из Аравии. Так вот, Федор Федорович. Действительно ли Вы верите… — он запнулся на секунду, замерев и глядя задумчиво на Бузунова поверх своей чашечки, — ну, скажем, в любовь?.. А? Федор Федорович?.. В наше время? Неужели?