— Вы нас звали — и мы пришли!
Голосом ещё таким утробным, словно монстр какой-то в фильме: «Вы нас звали, и мы пришли!» Поставили нас всех лицом к стене. И начали дубинками резиновыми охаживать. А все ж голые, после бани, в одних трусах — дубинка прямо прилипает к телу! … Пи-издец! Рядом со мной Колька стоял на костылях — так он в одну сторону, костыли в другую! Эти мутанты не разбирают — на костылях или не на костылях. Им мать родную поставь — они мать отпиздят. В общем, всю хату убили!
Ну, возвращаемся мы в камеру, а ко мне подходит один и говорит:
— Саш! Я видел, это этот нажал! — и показывает мне одного чёрта.
Я его подзываю, спрашиваю:
— Ты нажал?
Он говорит:
— Я.
Я ему:
— Зачем!?
Он отвечает:
— Сам не знаю! Шёл — взял и нажал!
Я ему опять говорю:
— Ну, как «не знаю»!? Зачем ты нажал!?
Он:
— Саш. Сам не понимаю! Шёл — и нажал!
Я его спрашиваю:
— А чего ты сразу не сказал, удав!? Из-за тебя хату убили, хуило!
— Испугался! — говорит.
— А, — говорю, — ну, извини тогда! Раз испугался! Ты только не того испугался! Что тебя мусора били — это ещё хуйня!..
И говорю ребятам:
— Делайте с ним, что хотите!
Так его там так отмудошили!.. Все же злые. Ни хуя себе, в баню сходили!.. Чуть не убили, короче.
История третья. Лагерная.
Ситуация.
Представь себе: бежит человек по зоне с выпученными глазами, поддерживая руками штаны, и кричит:
— Говно украли!!!
Мы смотрим на него и думаем:
— Ну всё, готов! Башню сорвало.
Что же выясняется? Он проигрался в карты. И шёл на свиданку за деньгами. Деньги должны ему были привезти. И весь лагерь об этом знал. Ну, а как деньги со свиданки проносят? Завёртывают в целлофан, проглатывают… Потом идёшь в сортир… Ну, как обычно. Так вот, один блатной и подослал лагерного петуха: тот подкараулил, когда этот деньги высерать пошёл, взял совковую лопату, откуда-то там подкрался, подсунул её снизу… Раз! Этот встаёт — говна нет! Со всеми деньгами.
Да… Вот такие вот истории. Чего-то он там ещё, кажется, рассказывал, но я уже не помню.
Вообще я сейчас пытаюсь вспомнить, с кем я сидел. Ну, самых интересных, конечно. Самых колоритных. С трудом вспоминается…
С чемпионом Европы по боксу сидел. Бывшим. Среди юниоров. Лет 27 ему сейчас, кажется. Совершенно тоже весь больной. Как поест — сразу на дольняк идёт и блюёт там полчаса. С желудком что-то. Ну, а чего, говорит! Профессиональный спорт вообще дело такое. Постоянные диеты, сгонки веса, мочегонные… Вот так!
Со стрелком с одним сидел. Снайпером. Киллером. Блюдечко с водой всё на вытянутой руке держал. Чтобы поверхность не дрожала. Упражнение такое. Я, помню, тоже пробовал. А чего! У меня тоже не дрожит. Тоже можно в киллеры идти!
Сижу, он говорит, с тёлкой своей в Сочах на веранде, пью пиво.
— Скучно, говорю, хоть бы случилось что-нибудь!..
А назавтра его прямо на вокзале — хуй-як!.. Приняли по полной программе — и в камеру! А там, говорит, жара, влажность, камера переполнена, спать негде, все гниют заживо… Условия — вообще пиздец! Месяц продержали — и сюда. Короче, жизнь закипела. Скуку всю сразу как рукой сняло.
Тоже класс!
Свидетель кричит:
— Это не он! Тот низенький был, а этот под 2 метра.
А судья ему:
— А как это Вы с 8-ого этажа это могли разглядеть? Перспектива, мол, проекция… искажение… хуё-моё…
А свидетель и говорит:
— А я, Ваша честь, профессиональный фотограф! Я все эти поправки на перспективу автоматически сразу делаю. Профессионально.
По хую! Фотограф ты, там!.. Отдыхай!.. 17,5 лет строго влепили! На зоне, небось, уже парится… Выйти всё собирался. «Я же невиновен, говорит». Ага!.. «Невиновен"… Не хуя ходить, где не надо!
Так… Кто там?.. Ну, бандит ещё один. Из группировки какой-то. Тоже киллер, кажется. «Если бы не сел, говорит, убили бы, наверное. Бывшие дружки». Тёлка всё к нему ходила. На свидания. На суд ездила. Он уж не знал, как от неё избавиться. Ему, там, пятнашка, вроде бы, светила. В лучшем случае.
— Я уж ей, говорит, и так и этак!.. Вали, мол, отсюда!.."Нет!» — и всё!! Ну, если не поймёт, придётся открыто сказать. Послать. По адресу. «Ты меня, говорит, бросишь потом! Я тебя дождусь — а ты меня бросишь». Ха! Конечно, брошу! На хуй ты мне нужна будешь тогда!? Через — дцать лет.
Ну, ещё кто?.. Коммерс какой-то. Крутой. Банкир, вроде. Тоже с бабами своими всё разобраться не мог. У него на воле жена и любовницы. Ну, и жена про любовницу пронюхала. Чуть ли они не у тюрьмы прямо и столкнулись! Передачи обе принесли. Одновременно. С понтом случайно! Любовница, похоже, всё и подстроила. Специально. А того не учла, дура, что деньги-то все у жены! На жену всё оформлено. Перекроет кислород — и кранты! Этому банкиру бедному пришлось в итоге чуть ли не в ножках у жены валяться, прощенье вымаливать. Письма слёзные слать и телеграммы, в любви вечной клясться.