«СОЮЗ ПАТРИОТОВ РОССИИ, КЛУБ ГЕНЕРАЛОВ» прочёл он на обложке первого. На втором просто: «УДОСТОВЕРЕНИЕ». И вытесненный золотом большой двуглавый орёл вверху, над надписью. То ли имперский, то ли современный?.. Впрочем, в существовании между ними разницы Паутов, честно говоря, уверен не был. Есть, наверное?.. Должна быть?.. У нас же не империя, вроде?.. А хотя… Пёс его знает. Может, и империя. Восток − дело тёмное, короче. Петруха.
Он поглазел ещё некоторое время на красавца-орла (хм!.. скипетр… держава… все дела!) и раскрыл наконец удостоверение.
«ВЕЛИКОЕ БРАТСТВО КАЗАЧЬИХ ВОЙСК… Удостоверение № 7… Воинское звание: Генерал-майор… Должность: заместитель Верховного Атамана по инвестиционной и экономической политике…»
− Что это такое? − поднял он глаза на помощника.
− Ну, мы же деньги им дали, вот они Вам и присвоили, − ухмыльнулся тот. − Ещё и дворянство потомственное пожаловали, у меня тут в папке грамота. На мелованной бумаге, с вензелями императорскими, печатями, за подписью аж кого-то из самих Романовых! Показать?
− Потом покажешь! − нетерпеливо махнул рукой Паутов, снова принимаясь изучать удостоверение.
Чтобы он давал деньги казакам, он не помнил, но предпочёл об этом пока благоразумно промолчать. Позже можно будет… потом… при случае… осторожненько… повыспрашивать…
− «Владельцу разрешено хранение и ношение оружия. Огнестрельное − пистолет. Холодное − кинжал, шашка, нагайка», − вслух прочитал он. − Это что, правда? − совсем уже изумлённо взглянул он на помощника.
Тот в ответ только развёл руками.
− Хотя с казаками все сейчас носятся, может, и правда, − пробормотал Паутов, раскрывая второе удостоверение. − Говорю, у нас всё, что хочешь, может быть! Представляешь, я с кинжалом, шашкой и нагайкой! В Думе, на трибуне. «Ну, чё, в натуре? Кто против? Может, выпороть?» Пиздец, ваще! Все охуеют.
− И с пистолетом ещё, − хихикнув, услужливо подсказал помощник.
− Да, и с пистолетом… − не поднимая глаз, машинально кивнул Паутов. − Хотя это уже и лишнее. Одной нагайки достаточно. Более, чем… Так, что тут у нас?.. «Общественно-патриотическое объединение “Общевоинский Союз”…» Меча и орала. «Удостоверение №МА-26… Генерал-майор Паутов Сергей Кондратьевич». Должность почему-то не указана… «Председатель Оргкомитета…» Ладно, суду всё ясно, − захлопнул он удостоверение. − На, пусть у тебя пока полежат, − протянул он обе корочки Алексею. − Потом всё сразу отдашь. На обратном пути. Вместе с грамотой… Э, да мы уже подъезжаем! − кинул он взгляд в окно лимузина. − Чистые Пруды. Знакомые места! Alma mater. Шесть лет жизни всё же… Как ни крути… Коту под хвост. Всё у тебя или ещё чего есть?
− Всё, Сергей Кондратьевич, − помощник опять порылся в своей папке. − Остальное текучка. В рабочем порядке.
− Ну, и хорошо, − Паутов смотрел на такое знакомое здание института. У входа наблюдалось какое-то явное оживление. − Кажется, нас встречают. Ба! Да чуть ли даже не с цветами!.. Ну-ну! Хорошо ещё, что не с песнями.
Паутов, стоя на сцене, всматривался, слегка прищурясь (снизу в глаза прямо били какие-то фонари, прожектора, блядь!), в огромный переполненный актовый зал, где буквально яблоку негде было упасть. Люди стояли во всех проходах, сидели на подоконниках… Да везде они сидели и стояли. Где только можно было хоть как-то пристроиться и притулиться. Сесть или встать. Прессы, впрочем, кажется, действительно не было. И на том спасибо.
Странное ощущение! Сколько раз сам он сидел в этом зале где-то там, внизу, среди зрителей… Ну, или слушателей, какая разница? Лекции же слушал… Слушателей, значит?.. Да… Слушал… Слушатель, блядь! Ну, короче, где-то там, внизу, тусовался. Но вот здесь, на сцене, стоял впервые. Хм… Мог ли он подумать, будучи студентом, что через сколько-то там лет!.. С триумфом, на белом коне!.. На белом Мерине.
Точно, надо было на белом авто ещё приехать, лучше вообще в белом кабриолете, стоя и маша ручкой, − хихикнул про себя он. − Как дуче или фюрер. Впрочем, это, кажется, любили делать в своё время и брандмейстеры уездных городов, мчавшиеся на пожар, − он опять невольно хихикнул. − «А я встану в кабриолет», короче. «И помчуся в свой институт!» Бля, не сообразил. Прокольчик-с. В следующий раз учтём. Скажу, чтоб купили пока. Кабриолетик. Ладно, пора начинать. Публика заждалась.
− Здравствуйте! − произнёс в микрофон Паутов. − Что?.. Погромче?.. Хорошо, попробуем погромче. Здравствуйте! − повторил он чуть громче. − Вот знаете, о чём сейчас я думал, пока здесь стоял и на вас смотрел? Что сколько раз я в этом зале внизу сидел, в качестве студента, но вот на трибуну… на сцену, в смысле, попасть впервые сподобился. Да, чудны дела Твои, Господи, − Паутов перевёл дыхание. Зал внимательно слушал. − Знаете, давайте так построим моё сегодняшнее выступление. Я сначала немножко поговорю сам, что-то вроде вступительного слова скажу, а вы мне пока вопросы на бумажках подготовьте. Хорошо? И я на них на все потом и отвечу. Я думаю, это самое разумное будет. А то я ж с корреспондентами с одними общаюсь, а у них специфические вопросы, сами понимаете, − Паутов усмехнулся. − Они меня всё про вкладчиков да про пирамиды большей частью пытают. Как будто я в что-то пирамидах смыслю…