– Слава, братан! – заорал Волк и выстрелил в зал всю оставшуюся обойму. Он всё же ранил в ногу Когтя, тот упал на пол, в его пистолете также закончились патроны. Борис сидел у тела Славика и держал его под голову.
Волк достал гранату и, ещё не отрывая чеку, подошёл к нему.
– Сейчас ты сдохнешь, молись.
Коготь молчал и сверлил его взглядом.
Тут неожиданно для всех из–за занавеси с углового стола, выскочила Стелла.
– Нет! Не надо! – с криками подбежала к Когтю и, упав рядом с ним, закрыла собой.
Ростислав крайне изумился и снял маску.
– Нитка!
– Зачем так? Ты опоздал! Ты не пришёл за мной! До свадьбы!
– Нитка, я за тобой! – он непонимающе смотрел на неё.
– Он мой муж!
– Ты станешь вдовой, и я заберу тебя.
Они орали. Борис тоже внимательно смотрел на них. Коготь молчал.
– Нет! Уходите! Я – я люблю его! – она обняла Марка за шею и поцеловала в губы.
– Что? Ты с ума сошла. Идём! – Волк схватил её за руку и оторвал от Когтя, но тот перехватил вторую руку девушки.
– Она моя законная жена и уже во всех смыслах.
Волк выпустил её руку и уставился в любимые глаза, наполненные слезами.
– Уходи…– прошептала она и опять обняла мужа за шею.
Борис подошёл к Волку и обнял его за плечи.
– Уходим, надо забрать тело Славика, наш вертолёт у входа.
Волк медленно двинулся на выход. Они забрали друга и вышли. Пилот их ждал. Вертолёт поднялся в небо и полетел на ту площадку, откуда начался полёт сюда.
– Этого не может быть, не может, не может, – бубнил Ростислав.
– Она сделала свой выбор. Ты же не хочешь оставить её вдовой и при этом не быть с ней? Нитка тебе этого не простит.
– Как она могла? Шлюха, – Волк ударил кулаком в крышу вертолёта.
– Что вы там делаете? Успокойтесь! – проорал пилот.
Ростислав обнял голову руками и наклонился, сдерживаясь от ярости, разрывающей его изнутри, как та граната, что осталась в кармане.
По лицу Стеллы стекали слёзы, душа разрывалась на части. «Прости, прости, мой дорогой, любимый Волк, я люблю тебя всем сердцем, но… ты опоздал. Я законная жена другого, и… теперь постоянно исполняющая супружеский долг». Коготь не мог встать, голень была прострелена, кровь заливала белоснежный паркетный пол. Он аккуратно убрал мокрые волосы с её лица.
– Спасибо…
Она посмотрела в его глаза.
– Ты – спасла мне жизнь.
– Ты – мой муж.
– Ты же сказала ему не правду? На самом деле не любишь меня?
– Нет, не люблю, но я тебе уже говорила, что никогда не изменю, а самой разрешить убить тебя, это ещё хуже измены.
Он так расчувствовался, что, несмотря на адскую боль в ноге, обнял её, поглаживая по голове.
– Я люблю тебя, и моей любви хватит для нас обоих.
К ним уже вбегали весь персонал ресторана.
– Марк Даниилович, мы вызвали вашего семейного врача и скорую!
Глава 13. Новые испытания
Вячеслава похоронили на Родине в Волейбурге. Волк все эти дни был чернее тучи, почти не с кем не общался и только качался в спортзале, перекачиваясь до изнеможения, потом лупил грушу в борцовском зале. Часто вставал в спарринг с Яриком. С отцом он перекинулся пару слов. Дайкон обо всём узнал от Бориса.
– Что ж, очень жаль, что всё так, но дадим ему время. Эта боль должна со временем пройти. Сам понимаю, что такое первое любовь, вот и не смог никогда жениться после того как моя первая любовь погибла. Ты же знаешь, что Волк от суррогатной матери.
– Знаю, но очень хочу, чтобы он не повторил вашей судьбы.
– Я тоже, но все мы суеверны и от судьбы никто не уйдёт.
Следующим утром Ростислав поехал к батюшке.
Вышел у любимой церквушки, выкурил вейп с новой жижей из кактуса и вошёл внутрь.
Отец Кирилл сразу заметил его и подошёл.
– Что привело тебя ко мне, сын мой?
– Скажите, бог есть?
– Ростислав, что с тобой? Ты же всегда был верующим.
Волк молча присел на деревянную лакированную скамью у стены с резными ножками, которую сам подарил и заметил новую икону.
– Откуда?
– Твой отец купил, когда нам предложил её Патриарх.
– Красивая…
– И сильная, помолись у неё, свечку поставь, Бог всё видит.
– Моя жизнь разрушилась.
Батюшка положил ему на плечо руку.
– А ты верь, не дай разочарованию веру погубить.
– Спасибо, – он встал, зажёг восковую свечу, пахнущую мёдом, постоял пару минут, положил тысячу в ящик пожертвований на храм и вышел. Посмотрел на свой шикарный Порш и пошёл пешком в ближайший сквер, присел на скамейку и достал телефон, нашёл интересующий номер и набрал.